Ґрати

Без предупреждения. Как беларуские пленки повлияют на дело об убийстве Павла Шеремета

Tue, 12 Jan 2021 12:08:33 +0000

Бывший беларуский спецназовец Игорь Макар обвинил в гибели журналиста Павла Шеремета Комитет госбезопасности Беларуси. Накануне очередного судебного заседания «Ґрати» разбирались, как аудиозапись более чем восьмилетней давности может повлиять на расследование загадочного убийства.

Голос из прошлого

«Вот по Шеремету нужно сработать, который заебал, блядь. Сделаем закладку какую-то, и так далее, чтоб эту крысу, блядь, совсем, блядь, ни рук, ни ног не соберут», – спокойно, будто бы между делом говорит приглушенный мужской голос на аудиозаписи, опубликованной на прошлой неделе бельгийским изданием EUObserver. Вместе с еще двумя мужчинами голос обсуждает убийства беларуских оппозиционеров, сбежавших из страны, возможные сложности и финансирование подобных операций. Аудиофайлы журналистам передал Игорь Макар, бывший боец антитеррористического отряда «Алмаз» МВД Беларуси, а ныне — оппозиционный активист в эмиграции. По его словам, разговор был тайно записан в апреле 2012 года в кабинете председателя Комитета госбезопасности (КГБ) Беларуси Вадима Зайцева. Сам Макар не присутствовал при жуткой беседе, но утверждает, что получил запись от своего анонимного источника в КГБ — тот в свою очередь общался с непосредственным участником разговора.

Игорь Макар, бывший боец антитеррористического отряда «Алмаз» МВД Беларуси, а ныне — оппозиционный активист в эмиграции. Фото из личного архива Игоря Макара

Единственный голос, который опознает Макар, якобы принадлежит Вадиму Зайцеву — именно он говорит об убийстве Шеремета и отдает другие приказы. О его двух собеседниках бывший милиционер знает лишь то, что это сотрудники антитеррористического подразделения КГБ «Альфа». История аудиозаписи загадочна. Игорь Макар утверждает, что она попала к нему еще в 2012 году. Услышав о планах убийства своего друга, бывшего начальника минского следственного изолятора и командира тюремных палачей Олега Алкаева, он якобы передал запись то ли американским спецслужбам, то ли дипломатам. Те каким-то образом предотвратили покушение, рассказал Макар DW. Олег Алкаев пересказывает события немного иначе. В 2001 году он разоблачил похитителей оппозиционеров из беларуского МВД и рассказал, как по личному указанию министра Юрия Сивакова выдавал им специальный пистолет ПБ-9, предназначенный для исполнения смертных приговоров. После публикации этой истории Алкаев получил политическое убежище в Германии и спустя 11 лет узнал от немецкой полиции о готовящемся покушении. «Он (Игорь Макар — Ґ ) смог предупредить меня через, если не ошибаюсь, литовские спецслужбы, которые предупредили немецкие спецслужбы, а они — меня», — вспоминает беларуский эмигрант.

Бывший начальник минского следственного изолятора и командир тюремных палачей Олег Алкаев (слева) и бывший боец антитеррористического отряда «Алмаз» МВД Беларуси Игорь Макар (справа)

Павла Шеремета предупреждать о покушении Макар не стал — говорит, что не был знаком с журналистом. Это попытался сделать Олег Алкаев — в интервью DW он рассказывает, как отправил Шеремету электронное письмо, на которое не получил ответа. «Правда, я не написал про убийство, написал про преследования. Про убийство не мог говорить. Я ведь и сам еще живой», — говорит Алкаев. Копию письма он найти уже не может, так как с тех пор сменил почтовый ящик. И Макар, и Алкаев утверждают, что беларуские спецслужбы и лично Александр Лукашенко не отказывались от планов убить журналиста. Однако ни тот, ни другой не только не донесли до него эту информацию, но и не сообщали о планах КГБ после гибели Шеремета. Игорь Макар объясняет: раньше он не мог обнародовать запись из кабинета Зайцева, потому что боялся за безопасность своего источника. «Сейчас, когда вся Беларусь восстала против режима… я решился на этот шаг. Публикуя нынешнюю запись, я руководствовался тем, что этот бывший сотрудник КГБ уже находится в ЕС, его жизни не угрожает опасность», — говорит Макар.

Полиция вернется к «беларускому следу»?

Четвертая годовщина убийства Павла Шеремета. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

Украинская полиция, расследующая убийство Павла Шеремета вот уже четыре с половиной года, сообщила о новых сведениях спустя несколько часов после публикации EUObserver. Правоохранители отмечали, что с помощью Службы внешней разведки получили аудиозапись и документы, которые «представляют интерес с точки зрения установления заказчиков преступления». Замглавы Нацполиции Евгений Коваль рассказал «Ґратам», что запись попала к его коллегам буквально накануне Нового года. «На ней была информация, похожая на ту, что позже вышла в социальных сетях и СМИ. Мы сейчас изучаем, оригиналы передали нам или какие-то копии», — пояснил полицейский. На прошлой неделе правоохранители начали экспертизу аудиозаписи Игоря Макара. По словам замминистра внутренних дел Антона Геращенко, им предстоит выяснить, действительно ли голос на пленках принадлежит бывшему главе беларуского КГБ. «Для образца, если нельзя человека для этого опросить лично, будут брать какое-то его публичное выступление и сравнивать с записью. В этом случае придется идти таким же путем. Экспертам необходимо время, это сложная техническая работа», — сообщил он в эфире «Громадського радио». EUObserver уже пыталась проверить подлинность «пленок Макара». Директорка Национального центра судебной экспертизы СМИ при университете Колорадо в США Каталин Григорас, изучавшая запись по просьбе редакции, пришла к выводу: файл был отредактирован как минимум один раз — из него удалили цифровую подпись, по которой можно бы было узнать автора, записывавшего разговор. При этом очевидных следов манипуляции на записи экспертка не обнаружила, однако отметила, что звук на ней слишком низкого качества для биометрической идентификации участников разговора. Впрочем, анонимный источник EUObserver в разведке одной из стран НАТО, знакомый с Вадимом Зайцевым, заявил редакции, что голос на записи «звучит, как у того парня». Замглавы Нацполиции Евгений Коваль считает, что правоохранители смогут узнать больше об обстоятельствах разговора и интересе беларуских спецслужб к Павлу Шеремету после допроса Игоря Макара. Бывший беларуский милиционер уже выразил готовность дать показания Службе безопасности Украины или генеральной прокуратуре, но не полиции. «Мы установили с ним связь. Игоря Макара пригласят к нам, или мы вылетим в Литву. Оценку полученной информации даст процессуальный руководитель из прокуратуры», — пояснил «Ґратам» процедуру допроса Коваль.

Новый мотив, те же обвиняемые

Обвиняемые в убийстве журналиста Павла Шеремета Яна Дугарь (слева), Андрей Антоненко (в аквариуме) и Юлия Кузьменко (справа) на подготовительном заседании в Шевченковском райсуде Киева 25 августа 2020. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Версию о том, что мотивом убийства Павла Шеремета была его журналистская или оппозиционная деятельность в Беларуси, полиция рассматривала среди основных еще в начале расследования. Но за прошедшие годы так и не нашла ей подтверждения. «Основная версия — это дестабилизация социально-политической ситуации в государстве путем убийства известного лица», — говорил Евгений Коваль 12 декабря 2019 года на брифинге, посвященном поимке подозреваемых. http://graty.page.ua/online/ubijstvo-zhurnalista-pavla-sheremeta-itogi-sledstviya/ В текстах же официальных подозрений, которые тогда вручили музыканту-спецназовцу Андрею Антоненко, детскому хирургу Юлии Кузьменко и военной медсестре Яне Дугарь было написано другое: «Антоненко, увлекшись ультранационалистическими идеями и культивируя величие арийской расы, (...) стремясь сделать свои взгляды объектом внимания общественности, (...) решил создать организованную группу, чтобы в ее составе совершить убийство». Андрей Антоненко и его защитники возмущались словами следователей об ультранационалистических взглядах и величии арийской расы. «Мой дед — польский еврей. Я сам наполовину еврей. Вы наносите мне оскорбление своими подозрениями», — говорил музыкант на первом заседании суда об аресте. http://graty.page.ua/online/ubijstvo-pavla-sheremeta-arest-podozrevaemyh/ Спустя пять месяцев так и не найдя доказательств того, что Антоненко был организатором убийства, полиция изменила формулировку подозрения. С мая прошлого года в деле фигурируют неустановленные заказчики преступления, которые «действуя по личным мотивам, решили создать в обществе резонансное событие с целью дальнейшей провокации многочисленных акций протеста». Для этого они якобы и наняли исполнителей — Антоненко, Кузьменко и Дугарь — говорится в обвинительном акте, который с сентября прошлого года рассматривает коллегия присяжных Шевченковского райсуда Киева. Резонансное убийство в центре Киева должно было дестабилизировать украинское общество, посеять в нем недоверие к правительству, разъясняют полицейские в документальном фильме «Справа Шеремета. Звинуватити неможна виправдати». В качестве примера они приводят акцию «Украина без Кучмы», толчком к которой послужило убийство Георгия Гонгадзе, и протесты на Мальте после убийства журналистки Дафны Галиции. Впрочем, почему акции протеста, якобы запланированные таинственными заказчиками после убийства, так и не начались, полицейские пояснить не могут. Защитник Андрея Антоненко, Юлии Кузьменко и Яны Дугарь считают, что «пленки Макара» опровергают указанный в обвинительном акте мотив, а значит подтверждают невиновность их клиентов. «Прокуратуре стоило бы прямо сейчас подать ходатайство о смене меры пресечения Антоненко», — заявил «Ґратам» адвокат Яны Дугарь Виталий Коломиец. Андрей Антоненко находится под стражей уже больше года — с 12 декабря 2019-го. Юлию Кузьменко Киевский апелляционный суд отпустил под домашний арест в августе, а Дугарь домашний арест смягчили до личного обязательства еще в мае. Во вторник 12 января рассмотрение дела против вероятных исполнителей убийства продолжится в Шевченковском райсуде после месячного перерыва. Адвокат Коломиец поясняет: допрос Игоря Макара и экспертиза его аудиозаписи, анонсированные полицией, формально никак не повлияют на судебный процесс — ведь расследование в отношение всех троих обвиняемых считается завершенным. Но его коллега Тарас Безпалый, защищающий Юлию Кузьменко, добавляет: защита сама потребует приобщения к делу «пленок Макара» и вызовет его на слушания. «Допрос свидетелей будет позже, а пока мы постараемся достать запись. Думаю, будет проще получить ее от самого Макара, чем дожидаться экспертизы полиции», — заявил он «Ґратам» накануне слушаний. На последнем заседании 10 декабря суд отказал Безпалому и адвокату Антоненко Виталию Галенченко в доступе к еще не рассекреченным материалам расследования. Защитники интересовались копиями документов, сопровождавших экспертизу походки, проведенную британским исследователем Иваном Бирчем — именно на ней держатся все обвинения против подсудимых.

Неуловимый. Как Национальному антикоррупционному бюро так и не удалось арестовать заместителя главы Офиса президента Олега Татарова

Fri, 01 Jan 2021 10:59:02 +0000

Эпопея с одним из самых громких коррупционных дел уходящего года — о взяточничестве за оценку квартир Национальной гвардии", очевидно, продолжится уже в следующем. 30 декабря Высший антикоррупционный суд вернул по просьбе прокуратуры ходатайства об аресте двух основных подозреваемых — заместителя главы Офиса президента Олега Татарова и замдиректора Государственного научно-исследовательского экспертно-криминалистического центра МВД Константина Дубоноса. Третий фигурант дела — бывший глава строительной компании «Укрбуд» Максим Микитась. 31 декабря поздно ночью его арестовали по другому уголовному производству. То, что среди подозреваемых оказался представитель нынешней власти привело к борьбе силовых структур вокруг расследования и противодействию антикоррупционным органам. Только за последний месяц в деле сменилось две группы прокуроров, а оно само ушло в Службу безопасности. «Ґрати» рассказывают, в чем суть подозрений и как с этим делом связано похищение человека. Дело в деле

Акция протеста под Высшим антикоррупционным судом с требованием арестовать заместителя главы Офиса президента Олега Татарова, 28 декабря 2020 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

В феврале 2017 года детективы Национального антикоррупционного бюро начали расследовать махинации с квартирами для Национальной гвардии, которые происходили еще в 2006-м. Тогда Главное управление внутренних войск МВД, в дальнейшем реорганизованное в ГУ Нацгвардии, и компания-застройщик ООО «Финансово-строительная компания «Пагода» подписали договор, согласно которому на территории бывшей военной части по улице Щорса в Печерском районе Киева должен быть построен жилой комплекс со встроенными паркингами и нежилыми помещениями. В обмен на этот земельный участок площадью около 1 га, принадлежащий Нацгвардии, ведомство должно было получить 50 квартир и 30 паркомест будущего комплекса. В начале 2013-го из-за финансовых проблем «Пагода» обратилась в «Укрбуд» и лично к ее руководителю — Максиму Микитасю с просьбой достроить объект. Представители нового застройщика и Нацгвардии заключили дополнительные соглашения с новыми условиями: Нацгвардия вместо полусотни квартир в центре города согласилась на 65 квартир в доме, который та же компания строила на окраине Киева — по улице Бориспольской возле станции метро «Красный хутор». Стоимость этих квартир, как установила позже экспертиза, на 81,6 млн гривен меньше тех, которые должна была получить Нацгвардия в начале стройки. Из восьми будущих подозреваемых организатором этой схемы, по версии следствия, был народный депутат восьмого созыва, ныне экс-глава госкорпорации «Укрбуд» Максим Микитась. В январе 2020-го его задержали в аэропорту Киева при попытке вылететь в Лондон, и до начала декабря с небольшими паузами он находился в СИЗО. Дело расследовала сначала Национальная полиция, которая попыталась выяснить, действительно ли обмен квартир привел к потере денег Нацгвардии или он был равноценный. Во время обысков у фигурантов следствие нашло доказательства второго преступления — подделки строительной экспертизы. В августе 2017 года Нацполиция направила запрос в Государственный научно-исследовательский экспертно-криминалистический центр МВД для проведения судебной экспертизы рыночной стоимости квартир. Экспертка Инна Тальянчук в результате написала, что разница между ценой на квартиры на Печерске и возле «Красного хутора» составляет 7 млн гривен, а не 81, как позже установила экспертиза НАБУ. По версии следствия, сделала она это под давлением руководства. Переписка с Олегом Татаровым

Заместитель главы Офиса президента Олег Татаров под Высшим антикоррупционным судом, 24 декабря 2020 года. Фото: Ґрати

Во время обысков у фигурантов дела, в частности у Микитася, детективы НАБУ изъяли телефоны, где нашли переписку и скриншоты переписки с нынешним заместителем главы Офиса президента Олегом Татаровым. Тогда он работал юристом «Укрбуда». По версии следствия, именно Татаров договорился о «правильной» экспертизе за взятку в виде парковки стоимостью 250 тыс гривен. Позже НАБУ опубликовало переписку между Микитасем, Татаровым, заместителем гендиректора компании «Укрбуд» Сергеем Якусевичем и бывшей директоркой департамента продаж «Укрбуда» Оксаной Голобородько, датированную 2017 годом. В одном из диалогов Якусевич переслал Голобородько сообщение от Татарова — в нем была копия паспорта Константина Дубоноса — замдиректора Государственного научно-исследовательского экспертно-криминалистического центра МВД. «Просьба на человека оформить со 100% скидкой», — написал при этом, по версии следствия, Татаров сотруднице «Укрбуд» Голобородько. Она переспросила об этом Микитася, он — подтвердил. Вскоре после этой переписки паркоместо было зарегистрировано на Дубоноса. Причем это оказалась соседняя парковка, возле той, которую Дубонос арендовал и ранее. Просто его паркоместо №15 оказалась занято, — пояснил прокурор Сергей Лесько. Дубонос отрицает получение взятки. По его словам, он купил парковку, лично оплатив 75 тыс гривен и оформив документы у нотариуса. «Я арендовал паркоместо раньше у компании, которая осуществляла управление домом (ООО «Строительные сети» — Ґ ), но мне сообщили, что дом будут переоформлять на ОСББ Объединение совладельцев многоквартирного дома , и предложили купить паркоместо», — пояснил Дубонос. Он утверждает, что не вмешивался в проведение экспертизы, не подписывал окончательный вывод, а только сопроводительные документы. Адвокат Дубоноса Владимир Лисенко отметил, что в переписке нет фамилии его подзащитного, а фото паспорта, по его мнению, ничего не подтверждают. Свое знакомство с Татаровым Дубонос подтвердил. «Да, я знаком с ним с 2006 года. По работе... Он тогда работал в Национальной академии внутренних дел, позже — в МВД… Выполняли совместное поручение руководства МВД», — сказал он в судебном заседании и добавил, что, в отличие от Татарова, с Микитасем никогда не общался. 1 декабря Национальное антикоррупционное бюро вручило подозрение Максиму Микитасю в предоставлении взятки часть 3 статьи 369 Уголовного кодекса Дубоносу за выдачу недостоверного экспертного заключения по оценке квартир для Нацгвардии. На тот момент он находился в СИЗО, но после начала сотрудничества со следствием 2 декабря вышел под ночной домашний арест. НАБУ сообщило, что Микитась дал важные свидетельства, как по этому делу, так и вообще о деятельности некоторых бывших и нынешних должностных лиц, в том числе Татарова. «Пока я был в силе (имеется в виду — руководил компанией — Ґ ), мы, как мне казалось, дружили. С Татаровым мы в 2019-м вместе на Новый год летали на отдых в Мексику семьями, но он все это предал… Когда МВД начало расследование, Татаров взялся за сопровождение дела… За свои же грехи я готов отвечать перед судом, я с себя своей части ответственности не снимаю. Но я не понимаю, почему один из ключевых руководителей «Укрбуда» по юридическим вопросам Олег Татаров, который обогатился на уничтожении меня и моей компании, получил себе неприкосновенность? Мы с Татаровым все делали вместе, но если Татаров уселся в Офисе Президента, так почему я должен сидеть в тюрьме?» — сказал Микитась в интервью изданию Цензор.нет вскоре после выхода из СИЗО. Константина Дубоноса подозревают в получении взятки часть 3 статьи 368 УК в виде паркоместа. 2 декабря Высший антикоррупционный суд арестовал его с альтернативой залога в 1 млн гривен. На следующий день за подозреваемого внесли деньги, и он вышел из СИЗО. Но апелляционная палата ВАКС отменила это решение и отправила ходатайство на новое рассмотрение, в связи с заменой группы прокуроров. Поэтому 23 декабря Специализированная антикоррупционная прокуратура снова попросила суд арестовать Дубоноса с альтернативой залога теперь уже в 5 млн гривен. Битва за дело

Присутствие среди фигурантов дела замглавы Офиса президента Олега Татарова, курирующего работу с правоохранительными органами, вызвало общественный резонанс, в том числе акцию протеста, и, без преувеличения, борьбу за расследование дела между силовыми структурами. 1 декабря генпрокурорка Ирина Венедиктова внезапно сменила группу прокуроров, и прежние не смогли оперативно вручить подозрение Татарову. В Офисе генпрокурора пояснили действия руководительницы тем, что «дело стало резонансным», поэтому она посчитала нужным «обеспечить быстрое, полное, объективное, всестороннее и эффективное расследование всех обстоятельств уголовного производства». Чем новые прокуроры лучше прежних, в прокуратуре не пояснили. Подозрение в даче взятки часть 3 статьи 369 Уголовного кодекса Дубоносу Татаров все же получил — 18 декабря. Он даже пришел в антикоррупционное бюро лично. «Моя позиция неизменна. Я готов к любому открытому и публичному судебному процессу с участием журналистов, потому что уже три недели требую от НАБУ представить обществу хоть одно доказательство моей любой противоправной деятельности. Напоминаю, что за неудачной попыткой мести в отношении меня стоит скандальный директор НАБУ Сытник, который находится в реестре коррупционеров и официально признан судом виновным в коррупции», — отреагировал Татаров в своем телеграм-канале. Детали подозрения он не комментировал. Накануне избрания ему меры пресечения, а НАБУ просило арестовать его с возможностью выйти под залог в 10 млн гривен, заместитель генпрокурора Анатолий Симоненко передал дело для расследования в Службу безопасности Украины и, соответственно, снова сменил группу прокуроров. Официальной причиной такого решения было постановление судьи Печерского райсуда Киева Сергея Вовка от 14 декабря, которым он обязал Офис генпрокурора передать дело другому правоохранительному органу. Хотя любые процессуальные решения по делам, которые расследует НАБУ, может принимать только Антикоррупционный суд. После этого заседания по мере пресечения Татарову переносились дважды из-за смены прокуроров и их неявки. 30 декабря в суд все-таки пришел один из новых процессуальных руководителей — прокурор Офиса генпрокурора Андрей Грицан и отозвал ходатайство об аресте. Он сослался на то, что новые прокуроры не успели ознакомиться с материалами, и не могут быть уверенными в том, что подозрение Татарова обоснованно и вручено законным способом. Грицан при этом отметил, что возможно подозрения Дубоносу и Татарову будут переквалифицированы, поскольку в материалах дела, с которым он ознакомился, нет подтверждения, что Дубонос влиял на экспертизу, а Татаров передавал ему взятку. ВАКС вернул прокурору ходатайство об аресте Татарова и сопроводительные материалы. Позже — такое же решение суд принял по ходатайству об аресте Дубоноса. Передано ли было в итоге дело в СБУ — «Ґратам» не удалось узнать. В пресс-службе НАБУ такую информацию комментировать отказались, но назвали действия Офиса генпрокурора беспрецедентным вмешательством в расследования бюро. Похищение человека, спецоперация и Максим Микитась

Народный депутат восьмого созыва, экс-глава госкорпорации «Укрбуд» Максим Микитась. Фото: Радіо Свобода, СХЕМИ

Между судебными заседаниями по делу о квартирах Нацгвардии, 29 декабря в дом одного из его фигурантов — Максима Микитася — с обыском пришла полиция. Спустя несколько часов пресс-служба сообщила, что ему вручили подозрение по факту заказа похищения юриста Олега Мирошниченко, а также вымогательства у него около 800 тысяч долларов. По данным полиции, Мирошниченко какое-то время представлял интересы Микитася и якобы после того, как тот вышел из СИЗО, потребовал от него деньги. Одолжил ли он их юристу и другие детали, — правоохранители не сообщали. Но отмечали, что бывший глава «Укрбуда» нанял четырех исполнителей и двоих организаторов преступления, среди которых криминальный авторитет, осужденный за убийство, который пребывает в СИЗО Киева, - Нажмудин Газиев. С ним Микитась якобы познакомился во время содержании под стражей. По версии следствия, Газиев организовал группу исполнителей: Сергея Чернова, Юрия Опанасенко, Али Газиева (брат организатора) и Алви Вутсаева. Полиция задержала их через несколько часов после похищения в Дарницком районе Киева, они — под арестом. Защита Микитася отмечает, что Олег Мирошниченко был дважды судим в общем на 14 лет, поэтому возникают сомнения в достоверности его показаний. Среди доказательств полиции есть переписка якобы Микитася с одним из подозреваемых — Сергеем Черновым, в которой говорится о похищении человека. Защита Микитася считает, что тот переписывался сам с собой с двух телефонов, о чем свидетельствуют скриншоты с изъятой во время задержания техники. Адвокат Артур Габриелян заявил в судебном заседании по избранию меры пресечения Микитасю, что Чернов — агент правоохранителей и сфальсифицировал переписку. Он зачитал протокол показаний Чернова, в которых тот рассказывает, что как-то ему позвонила знакомая Юлия Михайлова, которая пожаловалась на то, что Олег Мирошниченко требует от нее отдать пеню от долга на сумму $1700. Чернов попросил ее сфотографировать Мирошниченко и скинуть ему фото, которое переслал Газиеву, с которым был ранее знаком. Чернов утверждает, что боялся Газиева, платил ему «дань» и хотел «выйти из этой кабалы». Михайлова, в свою очередь, рассказала, что Мирошниченко взял большую сумму денег в долг от Микитася. Об этом Чернов сообщил Газиеву и тот позвонил Микитасю, который якобы подтвердил наличие долга. Чернов, по его словам, решил, что участие в преступлении решит проблему и Михайловой, и Микитася, и его, — чтобы прекратить связь с Газиевым. Чернов в показаниях подтвердил, что во время нападения на Мирошниченко Газиев соединил их с Микитасем. Тот якобы спросил, признает ли Мирошниченко долг и когда будет отдавать. Последний пообещал вернуть деньги и сказал, что в качестве части долга готов отдать машину. На что Микитась ответил: «Все, машину забирайте». Адвокат Габриелян считает, что даже если действительно разговор с его подзащитным был, то он не подтверждает заказ на похищение и вымогательство денег. Сам Микитась коротко сказал в суде, что «не причастный к преступлению, а дело — сфальсифицировано». Ранее он называл очередное подозрение ему провокацией, связанной с его показаниями против заместителя главы Офиса президента Олега Татарова по делу о взяточничестве за оценку квартир Нацгвардии. НАБУ называет Микитася обличителем и беспокоится, чтобы таким образом полиция может заблокировать расследование дела о квартирах Нацгвардии. А полиция в ответ призвала не манипулировать информацией и не вмешиваться в ее деятельность. В одиннадцатом часу вечера 31 декабря Шевченковский райсуд Киева арестовал Микитася без права залога. При этом, судья Наталья Аббасова не исследовала все материалы дела и даже не выслушала итоговые возражения сторон.

Перспективы всех этих уголовных дел пока неопределенные – расследование каждого из них продолжается, детали не разглашаются. Но, судя по действиям прокуратуры, НАБУ и полиции, а также их публичным заявлениям, можно предположить, что вокруг дела с фигурантом из Офиса президента фактически началась борьба правоохранительных ведомств, влияние на которые, в том числе формальное — по служебным обязанностям, имеют и сам Олег Татаров, и другие причастные. В таких условиях, коррупционное дело приобретает отчетливые политические черты, и, видимо, это еще один тренд прошедшего года.

Итоги 2020 года для судебной системы

Thu, 31 Dec 2020 16:53:20 +0000

В праздники «Ґрати» вспоминают о самых важных событиях и явлениях минувшего года и желают всем счастья в новом. 1. Правосудие и коронавирус: суды закрылись от граждан и перешли в онлайн Главная проблема 2020-го года – коронавирус – конечно же, затронула и украинские суды. В самом начале эпидемии Совет судей Украины разослал по всем судам письмо с рекомендацией перейти на особый режим работы. Председатель Совета Богдан Монич предложил коллегам проводить поменьше заседаний, обмениваться документами с гражданами по почте или интернету, и главное — ограничить доступ на заседания граждан, которые не участвуют в процессах, особенно с признаками простуды. Все это было лишь рекомендациями, а не приказом, но многие суды запретили вход публике и журналистам, хоть это и не предусмотрено законом. Из-за этого «Ґрати» часто не могли попасть на важные судебные заседания, судьи в таких случаях обычно отказывались организовывать онлайн-трансляции. В апреле Верховная Рада приняла закон о работе судов во время карантина, в котором разрешила не пускать слушателей на заседания по хозяйственным и гражданским делам. В этом же законе парламент разрешил сторонам процессов участвовать в заседаниях по видеоконференции с помощью собственных смартфонов и компьютеров (тоже только в хозяйственных, гражданских или административных делах). Несмотря на эпидемию, даже во время строгого весеннего локдауна, суды не прекращали работу. Но стоило кому-то из судей или их помощников заболеть коронавирусом, как заседания отменяли на день-два для дезинфекции помещений. За 2020 год COVID-19 обнаружили более чем у трех тысяч сотрудников судов. В Новом году «Ґрати» желают своим читателям быть более открытыми! 2. Суды прощали украинцев за нарушения карантина

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

В марте, в самом начале эпидемии Верховная Рада ввела в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) статью 44-3 — нарушение правил карантина. Она предусматривала внушительный — от 17 до 34 тысяч гривен для граждан, и от 34 до 170 тысяч — для юридических лиц. По всей страны полиция выписала десятки тысяч протоколов: за прогулки без маски, нарушение самоизоляции, работу во время локдауна, и другие проступки. По данным Государственной судебной администрации, к 1 декабря в суды поступило 60 тыс. таких протоколов, из них суды успели рассмотреть только половину. Но наказывали нарушителей еще реже — лишь восемь процентов дел закончились административным взысканием: штрафом или даже устным предупреждением. Кстати, «Ґрати» выпускали игру, где каждый мог попробовать себя в роли судьи, который рассматривает дела о нарушении карантина. Чтобы поиграть, жмите на ссылку. Большая часть зафиксированных полицией нарушений карантина - хождение без защитных масок в общественных местах. Но штрафовали суды за такое крайне редко. Поэтому в конце года Рада дополнила статью о нарушении карантина — теперь штраф за посещение общественных мест без маски стал в сто раз меньше, но выписывает его уже не суд, а полицейские на месте. «Ґрати» желают всем больше здоровья! 3. Антикоррупция довела до конституционного кризиса

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Конституционный суд Украины в 2020 году своими решениями расшатал вертикаль антикоррупционных органов. Словно в отместку президент и правоохранители расшатывают Конституционный суд. За каких-то два месяца судьи КС, по искам оппозиционных депутатов признали антиконституционным назначение Артема Сытника директором Национального антикоррупционного бюро и сам принцип подчинения этого бюро президенту, заблокировали проверку деклараций чиновников и отменили уголовную ответственность за недостоверное декларирование. Зачем суду это было надо? Очевидным кажется ответ судьи КС Игоря Слиденко: он и другие судьи КС не раз попадали под прицел антикоррупционных органов, например Нацагентства по предотвращению коррупции — под давлением их пытались выбить из рассмотрения нескольких дел. Конституционный суд отстаивал свою независимость от исполнительной власти. Получалось неважно. Антикоррупционные общественные организации разозлись. Не стерпел и президент Владимир Зеленский - сгоряча он предложил парламенту разогнать Конституционный суд. Да и в самом суде начался бунт – несколько судей отказались работать из-за внутреннего конфликта. Но больше всего достается председателю Александру Тупицкому. На него завели несколько уголовных дел и объявили о подозрении в даче неправдивых показаний. Президент воспользовался поводом и отстранил председателя суда от должности, в суде назвали его действия неконституционными. Тупицкий продолжает работать, конституционный кризис в самом разгаре и продолжиться в 2021 году. «Ґрати» желают своим читателям в Новом году забывать о ссорах хотя бы в праздники! 4. Судебная реформа застряла

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

За весь 2020 год президент и парламент так и не смогли решить проблему обновления судебной власти. Накануне, с подачи Владимира Зеленского Рада распустила Высшую квалификационную комиссию судей (ВККС) — последние пять лет она занималась конкурсным отбором новых судей. Новый состав, подобранный с помощью украинских и международных экспертов, Комиссия по вопросам добропорядочности и этики должны были улучшить качество украинского правосудия. Но международные эксперты в комиссию не рвались - многих не устраивал баланс влияния и ответственности, да и вообще вся президентская реформа. Собрать ВККС без них не получалось. После долгих дискуссий президент предложил включить в комиссию представителей от Совета судей, а недостающих международных экспертов заменить кандидатами от омбудсмена. От проверки на добропорядочность глава государства решил и вовсе отказаться. Его законопроект застрял в Верховной Раде с лета, ожидая поправок от депутатов. Распускать Конституционный суд по предложению президента парламент тоже не стал - это было бы очевидным нарушением основного закона. Но за реформу принялся - депутаты подали несколько законопроектов, а президент попросил совета у Венецианской комиссии. Та рекомендует обязать суд более точно обосновывать свои решения и изменить Конституцию — назначать судей КС по депутатской квоте конституционным большинством — 300 голосами. Отбор новых судей был фактически заблокирован весь год — это лишь усилило нехватку кадров в судебной власти. По всей стране пустуют более двух тысяч судейских кресел, оставшимся приходится рассматривать около четырех миллионов дел в год. В Новом году «Ґрати» желают вам почаще завершать намеченное! 5. Крымчане не дождались обмена. Новые дела за веру и сопротивление оккупации

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Долгожданного обмена заключенными между Россией и Украиной крымчане так и не дождались — это главный итог года. На свободу вышли лишь те, кто отсидел весь срок полностью, например, блогер Нариман Мемедеминов. Российские власти весь минувший год продолжали преследовать крымчан по уже привычным обвинениям, причем сроки стали еще больше. Появилось несколько новых уголовных дел против мусульман за принадлежность к исламской партии Хизб ут-Тахрир, признанной в России террористической, и вынесено больше десятка приговоров по старым делам, причем средние сроки выросли почти до 20 лет. Крымских Свидетелей Иеговы тоже продолжали преследовать — появилось несколько новых дел и вынесены первые приговоры — в Джанкое и Ялте. Политически мотивированных дел в прошлом году тоже прибавилось. Вынесено несколько приговоров и вновь задержаны крымчане, обвиняемые в принадлежности к отряду Номана Челебиджихана, причастного к блэкауту Крыма осенью 2015 года. Прошлое припомнили и лидерам крымских татар: до заочного суда в Крыму дошли дела Мустафы Джемилева и главы Меджлиса крымских татар Рефата Чубарова о событиях 2014 года. Единственным сюрпризом стало оправдание Эрнеса Аметова, обвиняемого по Бахчисарайскому делу Хизб ут-Тахрир — необъяснимое исключение в практике российских судов по террористическим делам. «Ґрати» желают своим читателям свободы в новом году! 6. Судьи ушли от ответственности

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

11 июня Конституционный суд неожиданно объявил незаконной статью 375 Уголовного кодекса об ответственности судей за принятие заведомо неправосудных решений. Статья просуществовала в украинском уголовном праве почти сто лет и подразумевала наказание вплоть до восьми лет лишения свободы. Однако в 2020 году КС пришел к выводу, что само определение «заведомо неправосудное решение» — является скорее оценочным суждением, чем правовым термином. Высший совет правосудия последние несколько лет отмечал: правоохранительные органы используют 375 статью УК для давления на суды, возбуждая уголовные дела едва ли не по каждому решению, которое им удалось обжаловать в апелляции. Так, в 2019 году из 408 открытых уголовных производств по этой статье до подозрений конкретным судьям дошло только три. Самые резонансные приговоры 2020 года по неправосудным решениям по-прежнему связаны с «делами Майдана». После шести лет разбирательств Шевченковский райсуд Киева оправдал коллег из Печерского суда Оксану Царевич и Виктора Кицюка за то, что в январе 2014 года они лишили водительских прав участников автопробега к резиденции Виктора Януковича. Примечательно, что, вынося вердикт о незаконности 375 статьи, КС отсрочил свое решение на полгода — за это время парламент должен был придумать, как по-другому наказывать судей за предумышленные нарушения. Однако депутаты с этой задачей до конца года так и не справились . «Ґрати» желают в Новом году принимать только ответственные решения! Но иногда — можно и немного безответственные. 7. Коллизия года — заочное правосудие

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Освобождение под «новогодний обмен» бойцов «Беркута», обвиняемых в расстрелах протестующих, вопреки прогнозам не сорвало судебный процесс по главному делу Майдана. Двое подсудимых — Сергей Тамтура и Александр Маринченко — вернулись с неподконтрольных территорий чтобы защищать себя в суде. Еще трое остались в «ДНР», что вновь поставило вопрос: как привлечь к ответственности тех, кто сбежал из Украины? Главным условием для слушания дела заочно — то есть без обвиняемого — остается его международный розыск. До сих пор Интерпол отказывается объявлять в такой розыск сбежавших политиков из администрации Януковича или бывших милиционеров, считая, что их преследуют по политическим причинам. Среди судей тоже хватает противников заочного производства — многие видят в этом нарушение права на защиту. Прокуроры с переменным успехом добиваются заочных слушаний. Попытки заочно арестовать Виктора Януковича растянулись на несколько дней, адвокаты бывшего президента теперь добиваются его участия в заседаниях по видеосвязи. Заочных приговоров стало меньше. Отмена международного розыска как обязательной причины для рассмотрения дела без обвиняемого могла бы расширить сферу заочного правосудия. Возможно, это даже ускорило бы обмен заключенными — и позволило бы наконец-то закончить уголовное преследование ранее освобожденных участников. Но до рассмотрения соответствующего законопроекта в 2020 году Рада так и не добралась. В Новом году «Ґрати» желают не размениваться на детали. 8. Политический разворот

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Оппоненты действующей власти весь год твердили: президент и его команда расправляются с оппозицией руками силовиков. Это недалеко от правды, ведь «сажать по весне» Владимир Зеленский обещал еще во время своей предвыборной кампании и теперь требует от правоохранительных органов результата. Впрочем, украинские суды не спешили помогать главе государства в борьбе с «попередниками». Единственное рассмотрение дела по существу началось в ноябре во Львове — депутатку от «Европейской солидарности» Софию Федину вместе с волонтеркой Марусей Зверобой обвиняют в угрозе жизни президенту. Лидеру Евросолидарности Петру Порошенко тоже пришлось нелегко — за год против него открыли несколько новых уголовных дел в том числе о контрабанде и разжигании межконфессионной вражды. Но до официального подозрения дошло только одно — о назначении замглавы Службы внешней разведки Сергея Семочко. Да и то после трех дней слушаний суд отказался назначать пятому президенту какую-либо меру пресечения в этом деле. Судебные заседания с участием оппозиционных политиков все чаще проходят под аккомпанемент уличных акций. Даже в уголовных делах об убийствах журналиста Павла Шеремета или Ивана Кузнецова, напавшего на общественного активиста Сергея Стерненко часть общества видит попытку наказать вчерашних героев. Показательным в этом плане может стать суд над депутаткой Рады восьмого созыва Татьяной Черновол. Госбюро расследований, получившее все «дела Майдана» в минувшем году, обвинило ее в убийстве инженера офиса «Партии регионов» Владимира Захарова во время столкновений 18 февраля 2014 года. Слушания, которые начнутся уже в январе, станут первой попыткой наказать участника Евромайдана за преступления во время протестов. В Новом году «Ґрати» желают сохранить память о важных событиях.

Подкоп, взятки конвоирам и перестрелки. Четыре истории о том, как украинские заключенные бегут из колоний

Fri, 25 Dec 2020 12:14:55 +0000

Каждый год в Украине десятки заключенных и арестантов решаются на побег. Кого-то ловят сразу, кому-то удается скрываться несколько месяцев. В 2019 году прокуратура открыла в отношении беглецов 38 производств, а с января по ноябрь 2020-го — 17. «Ґрати» изучили приговоры по делам о побегах за последний год и рассказывают четыре самых показательных и остросюжетных истории о том, как осужденные и их подельники делают подкопы, лазают по стенам, дают взятки конвоирам и устраивают перестрелки в духе голливудских блокбастеров. В июле 2015 года суд в Хмельницкой области в очередной раз отправил под стражу Романа Гадзину – бритоголового здоровяка, четырежды судимого за изнасилования и кражи. На этот раз полиция подозревала его в двух преступлениях: он устроил дебош в баре и попытался изнасиловать двух студенток, одна из которых была несовершеннолетней. Гадзина оказался в изоляторе временного содержания в Каменец-Подольском, оттуда его должны были этапировать в СИЗО Хмельницкого. Как позже сам арестант рассказывал на суде, в тот период у него возник конфликт с местным криминалитетом. По его словам, за решеткой оставаться было опасно для жизни, и он решил бежать любой ценой. В изоляторе он познакомился с тремя сокамерниками, которых тоже должны были везти в Хмельницкий, и подговорил их бежать из поезда во время этапирования. Они согласились, разработали план действий и сделали несколько петард из спичечной серы. Это далеко не единственный случай, когда арестанты решают бежать из-под стражи. Офис генпрокурора в ответ на запрос «Ґрат» сообщил, что только с 2019 по ноябрь 2020 года было открыто 55 уголовных дел о побегах. Как правило, правоохранители быстро находят беглецов. Но иногда заключенным удается скрываться от недели до нескольких месяцев, а некоторых вовсе не могут найти. Полиция в ответ на запрос «Ґрат» сообщила, что среди тех, кто сбежал из-под стражи или мест заключения за последние два года, пятеро до сих пор в розыске (по данным на 1 декабря 2020 года). А из заключенных и арестантов, сбежавших за всю историю независимой Украины, полиция до сих пор ищет 37 человек. Неуловимый зэк 25 июля 2015 года Гадзина и его сокамерники под конвоем отправились в Хмельницкий в «столыпинском» вагоне. Так называют специальный вагон для перевозки заключенных, внутри которых есть несколько зарешеченных камер без окон и купе для конвоиров. Арестантов сопровождали восемь нацгвардейцев. В поезде Гадзина познакомился с еще двумя заключенными и предложил им бежать вместе. Во время поездки он изучал обстановку, и когда поезд подъезжал к станции Скибнево, попросился в туалет. Его вывел из купе помощник начальника стражи по фамилии Князьков. В это время в коридоре находились еще двое конвоиров: один встал напротив туалета, а второй — по фамилии Полищук — занял позицию напротив камер с заключенными. Остальные пять нацгвардейцев вместе с начальником стражи были в соседнем вагоне. Когда Гадзина возвращался из туалета, конвоир Князьков приказал арестанту встать лицом к стене и начал открывать двери. В этот момент Гадзина резко развернулся и сильно ударил нацгвардейца по ключице. «Это же солдат — парень девятнадцати лет, ну двадцати. Что мне его взять и переломать пополам», — позже рассказывал арестант журналистам телеканала «112». От удара конвоир пошатнулся, и Гадзина вынул у него из кобуры пистолет Макарова. По данным полиции, в этот момент из камеры выбежали остальные арестанты. Они присоединились к избиению солдата и взорвали заготовленную в изоляторе петарду. Двое сообщников Гадзины подбежали к солдату, стоявшему у туалета, вырубили его, забрали пистолет и пристегнули его же наручниками к двери. Третий солдат Полищук, стоявший напротив камер, пытался помешать беглецам. По данным следствия, он несколько раз ударил Гадзину резиновой дубинкой. Как позже рассказывал сам Гадзина, потом Полищук достал пистолет и направил в его сторону. В ответ арестант дважды выстрелил на опережение и попал нацгвардейцу в ногу. Падая, солдат нажал на курок, пуля прошла мимо. На шум из соседнего купе прибежали еще пятеро нацгвардейцев. Они дернули «стоп-кран», забрали Полищука с линии огня, и закрыли дверь в тамбур. А начальник стражи Мельник пошел в сторону беглецов с пистолетом в руке. Тогда Годзина, прикрываясь конвоиром Князьковым, дважды выстрелил в него и ранил в обе руки. Пока шла перестрелка, остальные арестанты выбили окно и решетки в туалете. Прикрываясь Князьковым, по очереди они выпрыгнули из вагона и бросились бежать. Последним из поезда вышел Гадзина, бросив Князькова на другого солдата, прикованного наручниками к двери. После побега вся полиция поднялась по тревоге. Сотни правоохранителей принялись прочесывать местность, в небе кружили вертолеты и беспилотники. Первых четверых беглецов нашли в тот же день. Они шли по селу в направлении Хмельницкого и их быстро вычислили. «Помню, дети сидели, в песочке игрались за сеткой, — вспоминает один из беглецов Владимир Гуляев. — Мы идем, а один поднимает голову и говорит: о, а вон бандиты идут». Пятого арестанта полиция нашла еще через день. А на след Гадзины правоохранители вышли только через четыре дня. Точнее, он сам наткнулся на патруль полицейских ночью в поле у села Куткивцы. Как вспоминал он позже, пятеро силовиков с автоматами стояли и смотрели видео с планшета. Гадзина попытался пройти мимо, но запнулся за камень и обратил на себя внимание патруля. Полицейские посветили ему фонарем в лицо, узнали и скомандовали, чтобы он лег лицом в землю. «Я уже почувствовал, что достают оружие, два автомата Калашникова. Если бы они ближе стояли, я бы разобрался и забрал бы этот автомат, — бахвалился Гадзина на суде через несколько лет. — Я достал пистолет, снял с предохранителя, у меня осталось семь патронов. Я выстрелил над ними». Полицейские попадали на землю, а Гадзина бросился бежать. Вслед по нему выпустили несколько очередей, одна пуля попала в ногу и прошла навылет, но беглый арестант все равно смог скрыться. Он спрятался в родном селе Бережанка в Чемеровецком районе Хмельничины. Вначале жил у местного подростка, родители которого уехали на заработки, а потом у старой знакомой Олеси Скрипской, с которой встречался 20 лет назад. Позже женщина призналась, что была первой любовью Гадзины. Полиция утверждает, что днем беглец сидел дома, а ночью выходил в окрестные села и совершал мелкие кражи, к которым привлек двух местных подростков. В октябре 2015 года, через два с половиной месяца после побега, полиция все же засекла Гадзину, и он был задержан группой спецназа. Больше трех лет его дело рассматривал Хмельницкий горрайонный суд. В марте 2020 года судьи признали Гадзину и его подельников виновными в побеге, а также в незаконном хранении оружия, покушении на жизнь правоохранителей и кражах. Гадзина получил 12 лет колонии, остальные беглецы — от 10-ти до 11-ти. Однако, почти все они уже на свободе, поскольку суд применил к ним «закон Савченко», согласно которому день в СИЗО приравнивается к двум дням заключения. Сам Гадзина пока остается в изоляторе и пытается оспорить приговор в апелляционном суде. Он признал вину только частично: арестант не отказывается, что устроил побег, но категорически не согласен, что покушался на жизнь конвоиров. «Это фальсификация, я с этим не согласен вообще. В жизненно важные органы я не стрелял. Стрелял в конечности, чтобы человека просто остановить», — утверждает он. Но даже если суд отклонит его апелляцию, срок его заключения истечет уже в 2021 году. Переполох в Миргороде В 2020 году был вынесен приговор по еще одному громкому побегу. Его план разработал Виталий Суржан из Луганской области, неоднократно судимый за мошенничество, наркоторговлю и хранение оружия. В мае 2018 года он находился в Полтавской колонии №23. Туда его поместил Миргородский горрайонный суд, который в то время рассматривал очередное дело против Суржана и его подельников. Прокуратура обвиняла его в том, что он вместе с сообщниками обстрелял из автоматов машину бизнесмена из Кировоградской области и совершил налет на пункт обмена валют. Оба нападения были для преступников неудачными. Бизнесмен после обстрела остался цел и невредим, а кассир в обменнике вместо того, чтобы выдать грабителям деньги, захлопнул перед ними бронированную дверь и нажал тревожную кнопку для вызова полиции. Вскоре грабителей поймали. Суржан решил бежать с территории суда. Для этого он привлек двух сообщников, находившихся на свободе: гражданскую жену Марию Запорожец, с которой у них был общий ребенок, и знакомого из Луганской области Ярослава Лащенко. Как позже выяснит следствие, в колонии у Суржана был смартфон, и план побега с подельниками он обсуждал через телеграм. По его заданию, накануне очередного судебного заседания Мария купила подержанный автомобиль Ауди А6 с европейскими номерами, пистолет Макарова с патронами, гранаты и сняла в Полтаве две квартиры. 26 июня во время перерыва в заседании Суржан попросился в туалет. В уборную его завел конвоир Николай Горобец. Там арестант предложил ему тысячу гривен за то, чтобы на следующий день тот дал ему время побыть наедине с женой. Горобец согласился, и Суржан положил ему деньги в карман штанов.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

27 июня Мария пришла в суд и пронесла в сумочке пистолет, 24 патрона и 2 гранаты. В перерыве конвоир Горобец сделал вид, что ведет Суржана в туалет, а на самом деле вывел арестанта к заднему входу, где его уже ждала жена. Горобец снял с арестанта наручники, отошел в сторону, после чего Мария достала из сумочки заряженный пистолет и передала мужу. В этот момент другой конвоир Юрий Тимченко сидел в зале суда. «Я услышал шум и выглянул за дверь, — рассказывает он «Ґратам». — Он (Суржан — Ґ ) убегал и направил на меня пистолет. Я сразу за дверь спрятался, а потом сразу побежал за ним. Но в здании уже никого не было — пустота». По словам конвоира, он выбежал во двор и увидел Суржана, убегающего вместе с женой. Тимченко достал пистолет и сделал несколько выстрелов в воздух. Стрелять по беглецу он не решился, потому что рядом на автобусной остановке стояли люди. При выезде из суда пару уже поджидал сообщник Ярослав Лащенко в Ауди. Они запрыгнули машину, водитель дал по газам. Полицейские на улице пытались их остановить: один стрелял по колесам, второй перегородил машине путь. Но Лащенко разогнался и поехал на него. Полицейский отскочил, но машина все равно ударила его по ноге. Он упал и ударился головой об асфальт. Беглецы оторвались, выехали за город, бросили машину в кукурузном поле и разбежались. Полиция объявила план-перехват. «Все были ориентированы на задержание особо опасных преступников, — вспоминает в беседе с «Ґратами» пресс-секретарь полиции Полтавской области Юрий Сулаев. — Они были идентифицированы, установлены. Все их приметы были розданы всем постам, особенно в областях, прилегающих к Полтавской». На следующий день полиция остановила машину в городе Песочин Харьковской области и обнаружила там Ярослава Лащенко, который был водителем у беглеца. На попутках он пытался выехать из Полтавщины. В тот же день правоохранители задержали Марию Запорожец. Ее нашли в одной из квартир, которую она сняла в Полтаве накануне побега. А поиски самого Суржана затянулись. Как станет известно позже, он перебрался в Киев, жил у знакомого, редко выходил из дома и маскировался под военного — носил камуфляжную одежду. Вечером 6 июля 2018 года он вышел из супермаркета в Дарницком районе, и на улице его встретила группа захвата. Спецназ быстро задержал беглеца, на этот раз обошлось без стрельбы. Полицейские нашли у него в кармане пакетик с кокаином. Суд над Суржаном и его подельниками длился полтора года, и летом 2020 года все обвиняемые признали вину и заключили соглашение с прокурором. 2 сентября 2020 года Ленинский районный суд Полтавы приговорил Суржана к 5 годам лишения свободы, а его жену и водителя Ярославу Лащенко — к 3 годам. До этого Миргородский суд рассмотрел дело конвоира Николая Горобца, без которого побег вряд ли состоялся. Он признал вину и тоже пошел на соглашение с прокурором. Суд приговорил его к штрафу в 25 тысяч гривен и на два года запретил работать правоохранителем. Тысячу гривен, которую конвоир получил от арестанта, судья взыскал с него в пользу государства. Опасный участок Далеко не все побеги в Украине сопровождаются такими приключениями, как у Виталия Суржана и Романа Гадзины. Скорее это исключения. Обычно осужденные сбегают без особых проблем, и за ними никто не устраивают погоню. Это связано с тем, что в большинстве случаев заключенные бегут с участков социальной реабилитации — поселений с облегченным режимом, которые охраняют не так пристально. Там отбывают наказание осужденные за преступления средней и легкой тяжести. На участках они работают, могут свободно перемещаться и даже пользоваться телефонами и компьютерами. Департамент Минюста по вопросам исполнения наказаний в ответе на запрос «Ґрат» сообщил, что за последние два года на участках социальной реабилитации было совершено 20 побегов. Один из них в декабре 2019 года устроили заключенные Геннадий Мазуренко и Николай Моисеенко из Житомирской области. Они отбывали наказание за кражу и хранение наркотиков в Райковской исправительной колонии. У обоих срок к тому времени подходил к концу, но они все равно решили бежать. Как позже пояснил суду Мазуренко, на его решение повлиял звонок от сестры, которая сказала, что его мать тяжело больна, и с каждым днем ей становится все хуже. Моисеенко утверждал, что его бежать заставили тоже семейные обстоятельства. Ему позвонила девушка, пожаловалась, что ее избивает отчим, и заключенный решил бежать, чтобы разобраться с обидчиком. Ночью Мазуренко и Моисеенко вылезли в окно на третьем этаже, спустились на землю по трубе котельной и таким образом оказались на свободе. Чтобы ехать дальше у беглецов не было денег, и они решили обокрасть магазин рядом с колонией.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

Хозяйка магазина Галина Стельмах рассказывает «Ґратам», что до этого те же заключенные уже приходили к ней под конвоем на закупку, и тогда по всей видимости, заметили, как устроена сигнализация. По ее словам, в ночь побега Мазуренко и Моисеенко отключили защиту, сорвали решетку, разбили окно и вынесли товар почти на 20 тысяч гривен: сигареты, алкоголь, кофе и палку колбасы. «Я отреагировала очень спокойно, потому что это не в первый раз, — вспоминает Галина. — Хорошо, что забрали товар, и никого не убили, я вам честно скажу. Потому что там парень с девушкой на машине рядом проезжал, увидел выбитую решетку на магазине и сообщил мне. Хорошо, что он туда не пошел, и ничего плохого не случилось». Как позже заключенные признались на суде, после кражи они тут же распили бутылку коньяка и закусили колбасой. Остальное украденное они продали в соседнем городе Коростышев и на вырученные деньги отправились кто-куда. Полиция принялась за поиски и распространила приметы и фото беглецов. Моисеенко особо не прятался. Полиция нашла его на следующий день дома у подруги. С ее отчимом он встретиться так и не успел. Мазуренко полицейские искали чуть дольше — его поймали через три дня в селе у родителей. В апреле дело об их побеге рассмотрел Бердичевский горрайонный суд. На заседании оба заключенных признали вину. Судья приговорила беглецов к 6-ти годам заключения. Хозяйка обокраденного магазина Галина Стельмах была признана потерпевшей, но не требовала возместить ущерб. По ее словам, из-за соседства с колонией это уже четвертая кража в магазине, и в предыдущих случаях она не смогла добиться взыскания с воров. «Когда меня перед этим ограбили, я подавала, чтобы возместили, а потом мне звонили и угрожали. А мне семья и мои нервы важнее, — возмущается женщина. — Поэтому в этот раз я взыскание не требовала. Нет смысла, никто явно не вернет. Наше государство явно не за нас думает». «Отчаяние матери» Нередко бывает и так, что попытки побегов срываются. Такой случай произошел в Запорожской области летом 2020 года. В то время заключенному Вольнянской исправительной колонии, осужденному на пожизненный срок, пришла посылка от матери (колония отказалась сообщать «Ґратам» его фамилию — Ґ ). Тюремщиков насторожило, что коробка поступила из села, расположенного рядом с колонией, хотя родители осужденного живут в другой области и не планировали свидания с сыном. «Тогда наши сотрудники начали оперативную работу. Оперативники начали ездить в село, где поселилась его мать. Нашли, где она сняла дом, установили такое аккуратное негласное наблюдение», — рассказывает «Ґратам» начальник колонии Виктор Овдиенко. Как оказалось, его подчиненные подстраховались не зря. Проследив за женщиной, они обнаружили, что 51-летняя мать заключенного каждое утро садилась на электросамокат и отправлялась к колонии. В лесопосадке в ста метрах от забора она рыла туннель в тюрьму.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

По словам Овдиенко, его подчиненные следили за женщиной несколько дней, и выяснили, что для маскировки она каждый день добиралась до места подкопа разными маршрутами. Туннель женщина рыла при помощи лопаты и шахтерской кирки, а вырытую землю складывала в заброшенном здании бывшей котельной неподалеку. Через несколько дней сотрудники колонии и полицейские задержали ее прямо во время работ. К тому времени она успела прорыть туннель глубиной 3 метра и шириной — 12. С самой женщиной «Ґратам» связаться не удалось. Летом в селе рядом с колонией ее нашли журналисты телеканала СТБ, но она отказалась с ними разговаривать. Полиция открыла дело по статье 390 Уголовного кодекса — об уклонении от наказания в виде лишения свободы. Однако следователь так и не объявил женщине подозрение. Пресс-секретарка полиции Запорожской области Елена Лебединская не пояснила «Ґратам», почему мать заключенного не привлекли к ответственности, сославшись на тайну досудебного расследования. Начальник Вольнянской колонии Виктор Овдиенко тоже не знает, почему женщину никак не наказали, и недоволен этим фактом. «Садить ее не надо, конечно. У нас убийцы ходят, и не закрывают их годами. Чтобы неповадно было, можно было бы административное нарушение признать. Я бы так поступил», — рассуждает тюремщик. Он уверен, что даже если бы она дорыла подземный ход до колонии, то ее сын все равно бы не смог сбежать. «Она бы куда вылезла? На территорию, где везде асфальт. Он сидел вообще на другой стороне, и окна выходили на другую сторону, и еще и на последнем этаже. Я не знаю, как бы она туда дошла или долезла, — говорит он. — Может, это отчаяние матери такое? Сынок вроде единственный».

Покушение, похищение и пытки. Что будет с уголовными делами, в которых фигурирует покойный мэр Харькова Геннадий Кернес

Wed, 23 Dec 2020 09:48:22 +0000

В Харькове прошла церемония прощания с мэром Геннадием Кернесом. Он скончался 17 декабря в немецкой клинике, где лечился от последствий COVID-19. Ход его болезни усложнился из-за травм, которые политик получил после покушения в 2014 году. Нападение на Кернеса было одним из самых резонансных преступлений в Харькове. За шесть лет полиция его так и не раскрыла. Расследование Кернес часто сравнивал со следствием по другому делу, где он не потерпевший, а наоборот — обвиняемый. В 2015 году мэра Харькова и его двух охранников обвинили в похищении и пытках двух активистов Евромайдана. «Уголовным делом в отношении меня занималось 11 следователей по особо важным делам Генпрокуратуры. Покушением занимался маленький следователь Управления внутренних дел Харькова», — возмущался Кернес. Но в процессе о похищении и пытках активистов Евромайдана, длящемся пять лет, суд также не смог поставить точку. «Ґрати» выяснили, на каком этапе оба дела, в которых фигурирует Кернес, и как его смерть повлияет на расследование и судебный процесс.

Покушение на Кернеса

28 апреля 2014 года в Кернеса стреляли во время пробежки по его привычному маршруту вдоль лесопарка. Пуля прошла навылет, задев легкое, печень и позвоночник. После покушения Кернес перенес искусственную кому и несколько операций, в том числе в Израиле. Проходил длительную реабилитацию, но, несмотря на прогнозы медиков, так и не смог ходить. В сентябре 2020 года, когда харьковские медики выявили у Кернеса COVID-19, родные увезли его на лечение за границу и заявили, что болезнь протекает тяжело именно из-за травм, полученных в результате покушения. Сразу после нападения в 2014 году правоохранители нашли на месте происшествия самодельную взрывчатку. По их словам, когда Кернес пробегал мимо устройства, оно не сработало, и снайпер выстрелил ему в спину, вероятно, из лесопосадки. Там нашли снайперскую винтовку Драгунова и гильзу, а еще через месяц — пулю. Правоохранители открыли уголовное производство о покушение на умышленное убийство (часть 2 статьи 15, часть 1 статьи 115 Уголовного кодекса Украины). В прокуратуре озвучили четыре версии: профессиональная или коммерческая деятельность, противодействие сепаратистским настроениям в городе или личный конфликт. В своем первом интервью в больнице Кернес заявил, что покушение может быть связано с его политической позицией. «Это приграничный город. Я остаюсь пока на этой версии. Здесь можно рассматривать с разных сторон. Как со стороны, что я — проукраинский политик, я не за то, чтобы Харьков был в составе России, я за то, чтоб Харьков — в составе Украины, а также я за то, чтобы Харьков процветал», — сказал он. Через месяц Кернес озвучил уже другую версию и назвал возможным заказчиком убийства министра внутренних дел Арсена Авакова, с которым он конфликтовал. Еще позже Кернес добавил, что, кроме Авакова, заказчиком мог быть глава Харьковской облгосадминистрации Игорь Балута. В октябре 2014 года прокуратура Харьковской области заявила, что причастность к покушению Авакова и Балуты, а также Евгения Жилина, главы пророссийской общественной организации «Оплот», не подтвердилась. Аваков отрицал свою причастность к покушению на Кернеса. «У него «мигают» версии, кто его заказал. То я, то Андрей Билецкий (основатель полка «Азов», лидер партии «Национальный корпус» - Ґ), то какие-нибудь русские, то Евгений Жилин, то Николай Черемухин (тогдашний замначальника Харьковского управления внутренних дел - Ґ)», — сказал Аваков. В деле о покушении до сих пор нет ни одного подозреваемого. В течение почти семи лет ни полиция, ни прокуратура не комментировали ход расследования, ссылаясь на тайну следствия. Адвокат Кернеса Александр Гунченко возмущался, что дело о покушении на мэра расследуют как рядовое преступление. При этом в областном управлении МВД утверждали, что все необходимые следственные действия проводятся. В судебном реестре есть всего пять документов, связанных с расследованием покушения. В апреле 2016 года следователи Александр Игнатович и Антон Санкин просили Киевский райсуд Харькова предоставить им временный доступ к мобильным данным водителя машины «ГАЗ-3110», пояснив, что он единственный из всех замеченных возле места происшествия водителей не вышел на связь со следствием. По информации следователей, этот человек не проживает по месту регистрации, а после того, как на Кернеса совершили покушение, выехал из Харькова в направлении Киева. Судья Светлана Муратова удовлетворила ходатайство следователей. В мае 2016 года следствие проверяло версию о причастности к покушению Вадима Пинуса, бывшего снайпера полка «Азов», убитого во время задержания по подозрению в ограблении автозаправки в Киеве в мае 2015 года. Следователь Александр Игнатович просил суд предоставить ему временный доступ к мобильным данным Пинуса, ссылаясь на то, что о его причастности к покушению на Кернеса заявил видеоблогер Ростислав Шапошников. По словам блогера, убийство Кернеса заказал Арсен Аваков, а исполнил — Вадим Пинус. Следственная судья Наталья Ефименко удовлетворила ходатайство следователя. Сам Кернес отвергал версию о причастности к покушению Пинуса. «Я в это не верю... Завтра еще скажут что-то. Пускай перепроверяют. Есть основания — пусть меня уведомят об этом», — комментировал Кернес. Что в итоге полиции удалось узнать о причастности к покушению водителя «ГАЗ-3110» и Пинуса, неизвестно. Следователь Александр Игнатович отказался говорить с «Ґратами», сославшись на тайну следствия. Адвокат Кернеса Александр Гунченко сказал, что мало знает о результатах расследования. «Следствие отработало несколько версий. Все ли, и в каком объеме — мне неизвестно», — сказал он «Ґратам». По его словам, недавно в Киеве была проведена экспертиза с участием судебных медиков, криминалистов и баллистов. Результаты исследования недавно направили в Харьков. Что это дало для дела, Гунченко не сказал, сославшись на тайну следствия. Он добавил, что, несмотря на смерть Кернеса, расследование будет продолжаться. «Закрытие производства в связи со смертью потерпевшего действующий Уголовно-процессуальный кодекс Украины не предусматривает. Виновные должны быть найдены и привлечены к уголовной ответственности. Это обязанность правоохранительных органов, установленная Законом», — отметил Гунченко.

Похищение и пытки активистов Евромайдана

Коллаж: Эва Ганская, Ґрати

На следующий день после покушения в апреле 2014 года Кернеса оперировали в Израиле. Чтобы пограничники разрешили ему вылететь из Харькова, адвокаты в течение нескольких часов добились для мэра отмены домашнего ареста. Такую меру пресечения к Кернесу месяцем ранее применил Печерский райсуд Киева — по открытому против него уголовному производству о похищении и пытках активистов Евромайдана 25 января 2014 года. В тот день в Харькове произошли столкновения между противниками и сторонниками Евромайдана. Вечером появились сообщения о похищении двух активистов Евромайдана Александра Кутянина и Сергея Ряполова. Пресс-служба областного управления МВД отрицала факт покушения. Милиция утверждала, что майдановцев никто не похищал, а Кутянин сам обратился к правоохранителям и пожаловался, что его «втягивают в хулиганские действия двое его знакомых, активных участников харьковского Евромайдана». Хулиганские действия якобы заключались в том, что активисты предложили ему сфотографировать номера автомобилей возле гостиницы «Националь», где жил Кернес. Спустя три месяца, уже после победы Майдана Александр Кутянин сказал, что написал это заявление под давлением милиции. А на самом деле в тот вечер вместе с другими активистами он попытался сфотографировать номера автомобилей у гостиницы «Националь», поскольку машин было много, и у некоторых была российская регистрация. Активистам это показалось странным на фоне столкновений противников и сторонников Евромайдана в Харькове. Как выяснится позже, вместе с активистами был Антон Геращенко, который через месяц стал внештатным советником министра внутренних дел Арсена Авакова. По словам Кутянина, у гостиницы майдановцев заметили охранники Кернеса и устроили за ними погоню. После преследования Кутянина и Сергея Ряполова доставили в гостиницу, где удерживали и угрожали убийством. А Кернес, по словам активистов, сам ударил Ряполова по лицу. В марте 2015 года прокуратура объявила мэру и двум его охранникам Виталию Блиннику и Евгению Смицкому подозрение в незаконном лишении свободы или похищение человека (части 2 и 3 статьи 27, часть 2 статьи 146 УК), пытках (части 2 и 3 статьи 27, часть 2 статьи 127) и угрозе убийством (части 2 и 3 статьи 27, часть 1 статьи 129). Обвинительный акт передали в Дзержинский райсуд Харькова, а затем перенесли в Киевский райсуд Полтавы. В ноябре 2015 года дело начали рассматривать по существу. Прокуратура обвинила охранников Кернеса в том, что они незаконно задержали двоих харьковчан, угрожали им убийством и пытали, и действовали по указанию Кернеса. Мэр заявлял, что дело сфальсифицировано. Его охранники также не признали вину. «Шумиха в прессе по делу против меня — это пиар на ровном месте. Я не признаю себя виновным, никаких новых доказательств нет, в суде будут предъявлены все аргументы моей непричастности и политической мотивированности этого дела», — говорил Кернес. Он участвовал в допросе потерпевшего Кутянина во время судебного заседания и уточнял каждую деталь происшествия — погоду на улице, во что был одет пострадавший и какое у него зрение. Суд слушал дело около трех лет, но так ничем и не закончился. В начале процесса прокуроры просили назначать не меньше двух судебных заседаний в неделю, но в течение последних семи заседаний, когда суд должен был перейти к дебатам, не явились без уважительной причины. В связи с этим в августе 2018 года дело закрыли. Систематическую неявку прокуроров судья Андрей Антонов расценил как отказ от обвинения. Это решение обжаловала прокуратура и потерпевший Ряполов. В марте 2019 года Ряполов жаловался, что заседание по рассмотрению апелляции не могут провести уже больше полугода из-за неявки Кернеса и его защитников. 31 января этого года Полтавский апелляционный суд удовлетворил жалобы. В феврале дело передали в Киевский районный суд Полтавы. В то же время, еще в 2019 году прошли сроки давности привлечения к уголовной ответственности по двум статьям, которые инкриминировали обвиняемым — по похищению и угрозе убийством. «Сторона защиты отказалась от закрытия производства в связи с истечением сроков, поскольку такие основания не являются реабилитирующими, — заявлял «Ґратам» адвокат Кернеса Гунченко. — Кернес не считал себя причастными к совершению каких-либо преступлений. Наша консолидированная с ним позиция — только оправдательный приговор». Однако подготовительное заседание в Киевском райсуде Полтавы постоянно переносилось — то из-за карантина, введенного в Украине с марта, то из-за лечения Кернеса от COVID-19. Последнее заседание, назначенное на ноябрь, перенесли на 24 декабря. Что будет с процессом в связи со смертью Кернеса, пресс-служба Офиса Генпрокурора «Ґратам» не ответила и предложила дождаться ответа на информационный запрос. Как объяснил «Ґратам» адвокат Кернеса Гунченко, смерть обвиняемого не повлечет за собой прекращение процесса. «Его близкие родственники возражают против закрытия производства на таком основании как смерть обвиняемого. Мы будем настаивать на дальнейшей посмертной реабилитации Кернеса», — сказал Гутченко.

Напоминание. Часть 2. Что происходило с телом Георгия Гонгадзе

Mon, 21 Dec 2020 17:54:35 +0000

Дело Георгия Гонгадзе — зеркало современной истории Украины. Преступление, которое пытались сначала скрыть, а потом замять, отозвалось эхом «кассетного скандала», обвинениями в заказе преступления против второго президента Леонида Кучмы, акциями протеста и, в итоге, Оранжевой революцией. Мы продолжаем публикацию рассказа соавтора документального фильма о гибели Георгия Гонгадзе Максима Каменева. О том, как убивали журналиста вы можете прочитать в первой части его статьи — «Напоминание. Соавтор фильма о гибели Георгия Гонгадзе о том, как убивали журналиста». Сегодня он рассказывает, что происходило с телом Гонгадзе.

Находка

Тело Георгия Гонгадзе нашли в 20 километрах от места, где его захоронили Алексей Пукач и его подельники. Под вечер 2 ноября 2000 года крестьянин Владимир Шушко и его сын Сергей возвращались с мельницы домой в село Уляшевка неподалеку от городка Тараща. Дорога проходила через местный лес. Владимир ехал на телеге, Сергей шел рядом. Неподалеку от пересечения проселочных дорог Сергей обратил внимание на кучу свежевырытой земли возле упавшего дерева. Позже Владимир Шушко рассказывал: сперва они с сыном подумали, что это лисья нора, но когда присмотрелись внимательнее, увидели торчащую из земли руку. Сергей закричал. Владимир взял палку и расковырял землю, под которой виднелась грудная клетка. Отец и сын кинулись к телеге и поехали в Таращанское отделение милиции. Рассказывая о находке, они упомянули, что недалеко от злосчастной развилки видели припаркованный автомобиль марки BMW. Следственная группа добралась до места только на следующее утро. Машины рядом уже не было. Эксгумация показала, что тело закопали в природную, искусственно увеличенную яму от корневища упавшего дерева и присыпали почти метровым слоем земли. Сверху земля была рыхлая, а по краям - затвердела. «Это доказывало, что тело пролежало в земле больше дня, но не очень долго, учитывая его «свежий» вид. Тело сохранилось хорошо, без существенного разложения», — описывает подробности первой экспертизы тела журналист Ярослав Кошив в книге «Гонгадзе. Убийство, которое изменило Украину». Головы у тела не было.

Морг

Труп доставили в таращанский морг, где им занялся местный судмедэксперт Игорь Воротынцев. Вскрытие показало, что тело принадлежит мужчине старше 30 лет, умершему два-три месяца назад. Как именно умер мужчина, эксперт определить не смог. «При отсутствии головы причина смерти не может быть установлена»,— объяснял позже Воротынцев в суде. На теле он с первого взгляда зафиксировал следы термической обработки. Очистив труп от земли, судмедэксперт обнаружил на правой руке покойного украшения: серебряный браслет в виде змеи и перстень. «Я их лично снимал. Браслет из металла белого цвета, достаточно тяжелый. Витиеватая, интересная вязка. Кольцо тоже из металла белого цвета, необычной формы», — рассказывал позже Воротынцев корреспонденту газеты «Факты». Это были не единственные украшения, найденные в Тараще. Местные милиционеры, просеивая землю на месте, где нашли тело, обнаружили цепочку с медальоном в виде полумесяца с зазубренными краями. В таращанском морге не было холодильных камер, тело разлагалось, и Воротынцев хотел поскорее от него избавиться. Он обратился в Киевское областное бюро судебно-медицинских экспертиз с просьбой забрать труп. Через несколько дней в Таращу приехали гости из Киева. Главный судмедэксперт Украины Петр Шупик вместе со своими заместителями осмотрел тело, взял образцы тканей, но увозить в столицу не стал. «Пусть полежит», — вспоминал потом его слова Воротынцев в суде.

Поездка

Информация о таращанском теле просочилась в прессу. 10 ноября о нем сообщила газета «Сегодня». В статье, которую цитирует в своей книге Ярослав Кошив, журналисты газеты, ссылаясь на компетентный, но анонимный источник утверждали, что найденный труп — это не Георгий Гонгадзе. Тело якобы не подходило по возрасту и, по словам источника, пролежало в земле больше трех лет. Георгия Гонгадзе к тому моменту искали уже полтора месяца. Регулярно появлялись сообщения анонимов о том, что его видели живым то в киевском баре «У Эрика», то во Львове, а то и вовсе в Праге. Иногда об этом даже публично рассказывали руководители МВД, например, замминистра Николай Джига. Иногда неизвестные осведомители сообщали: им известно, где именно удерживают Гонгадзе. Но при проверке информация не подтверждалась. Соосновательница «Украинской правды» Алена Притула не помнит, кто именно посоветовал ей съездить в Таращу. Но вспоминает: это было уже после заметки в «Сегодня». «У меня такое ощущение, которое сохранилось до сих пор, что меня направляли, обращали мое внимание на то, что найдено некое тело, надо туда съездить», — рассказывает в 2020 году Притула в интервью для мультимедийного проекта «Дело Гонгадзе как зеркало эпохи». Она позвонила Александру Морозу — лидеру оппозиционной Соцпартии, депутату от одномандатного округа, в состав которого входил Таращанский район. К тому времени Мороз уже знал о теле без головы и обещал поспособствовать, чтобы его осмотрела Притула. В Таращу она отправилась 15 ноября 2000 года вместе с друзьями Георгия: журналистом Кобой Аланией, медиаменеджером Лаврентием Малазонией и телеведущей Людмилой Добровольской. «Я Алене говорил, давай немного подождем. Эта история такая подозрительная, мягко говоря. С душком», — вспоминает Малазония.

Опознание

В местной больнице журналистов встретил судмедэксперт Игорь Воротынцев и согласился показать тело. Он провел Аланию, Малазонию и Добровольскую в здание морга. Притула осталась снаружи. К тому времени труп двенадцатый день хранился в комнатной температуре и был в ужасном состоянии. Алания и Малазония сфотографировали тело. В какой-то момент разговор Воротынцева и журналистов превратился в заочное опознание трупа. Судмедэксперт нарисовал перстень и талисман, найденный милиционерами на месте захоронения. Затем описал браслет. Перстень и браслет по описанию совпадали с украшениями, которые носил Гонгадзе, а рисунок талисмана полностью совпал с кулоном, который носила Притула. Вместе две половинки соединялись в одно целое. Воротынцев спросил у журналистов, что Георгий Гонгадзе ел накануне исчезновения. Притула вспомнила их последний ужин в тайском ресторане «Тадж». Они заказали салат из капусты с куриным мясом и плов. Ещё ели арбуз. Судмедэксперт в ответ сказал, что в желудке трупа он обнаружил косточки арбуза. Воротынцев был не первым, кто спрашивал Притулу о том, что ел Гонгадзе и какие у него были украшения. 6 ноября, в день, когда он закончил вскрытие таращанского тела, Алене Притуле позвонили из прокуратуры. Григорий Гарбуз, старший следователь Печерской прокуратуры Киева задал совладелице «Украинской правды» аналогичные вопросы. В тот же день он звонил и жене Гонгадзе Мирославе. Она также описала ему украшения журналиста. У Кобы Алании был свой вопрос к Воротынцеву. Он помнил, что в 1993 году во время войны в Абхазии Георгия Гонгадзе ранили. С тех пор в кисти правой руки у него оставались осколки. Воротынцева вопрос не удивил. Он показал журналистам магнит с крошечным кусочком металла. Судмедэксперт утверждал: осколок он извлек из правой руки трупа. Чтобы убедиться наверняка, Воротынцев решил сделать рентген. Но в морге не было аппарата, снимок можно было сделать только в корпусе больницы пососедству. Чтобы не переносить туда тело, Воротынцев отделил от него руку, положил в пластиковый пакет и пошел делать снимок. На пленке проступили многочисленные белые точки в районе запястья. Воротынцеву они показались похожими на шрапнель. Это убедило Притулу и Аланию: в Тараще нашли тело именно Георгия Гонгадзе.

Исчезновение

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Журналисты были не единственными гостями Воротынцева в тот день. Когда судмедэксперт общался с Притулой и ее коллегами, к нему в кабинет зашел милиционер и сказал: у него приказ — вывезти тело. Алена Притула попросила показать текст приказа, но милиционер отказался. «Почему тело вывозят именно в день, когда мы приехали?», — спросила соосновательница «УП». Милиционер объяснил, что приказ он получил несколько дней назад, но долго не мог найти машину для транспортировки. Уже после рентгена Алания и Притула заговорили о том, что должны вывезти тело в Киев. Малазония предположил, что это может быть незаконно. Тогда по совету Воротынцева журналисты отправились за разрешением в местную прокуратуру. Районного прокурора Сергея Обозова на месте не оказалось. Притула попробовала связаться с Киевом. Сначала она позвонила в приемную главы МВД Юрия Кравченко, но там ответили, что министр занят. До генпрокурора Михаила Потебенька дозвониться тоже не удалось — в его приемной Притуле посоветовали обратиться к прокурору Киева. В итоге помочь с разрешением на вывоз тела согласился Александр Лавринович, народный депутат и секретарь комитета Верховной рады по правовой реформе. Из прокуратуры Притула с коллегами вновь отправились к Воротынцеву. Малазония зашел в отделение милиции, сообщить, что собирается увезти тело. К его удивлению, милиционеры не возражали, пояснив, что за тело больше не отвечают. В больнице журналистов ждал Воротынцев с неожиданными новостями — тело исчезло из морга, пока он был в своем кабинете. «Я пошел проверять. Замок был на месте. Открыл — а трупа нет! Я вернулся в кабинет и сказал: забирать нечего, уже все забрали без вас! Вот и все», — вспоминал он в интервью «Фактам». Лаврентий Малазония пошел в морг проверить лично: тела там действительно не было. На одном из столов он заметил небольшой фрагмент — судмедэксперт, пояснил, что тот остался после извлечения из руки осколков и разрешил забрать его с собой. Журналистам он выдал свидетельство о смерти Георгия Гонгадзе №200 от 15 ноября 2000 года. Воротынцев упаковал фрагмент тканей руки в пластиковый пакет и передал Притуле. Она положила его в рюкзак и вместе с коллегами отправилась в Киев. На прощание Притула спросила: что стало бы с телом, если бы за ним не приехали? «Похоронили бы как неопознанное. Я давно просил, чтобы это сделали», — ответил судмедэксперт.

Экспертиза

Исчезновение трупа объяснялось просто. Пока журналисты ждали прокурора Таращанского района Сергея Обозова в здании местной прокуратуры, его подчиненные вывозили тело из морга. Через три дня журналисты узнали, что из Таращи его перевезли в морг Главного бюро судмедэкспертизы Украины по улице Оранжерейной в Киеве. В 2003 году прокурора Обозова судили за этот приказ, обвинив в подлоге и злоупотреблении служебным положением при расследовании дела Гонгадзе. Суд приговорил прокурора к двум с половиной годам тюремного заключения. Но Обозова тут же амнистировали так как, по сообщению Генеральной прокуратуры, «на момент совершения преступления он имел на содержании несовершеннолетнюю дочь». Подчиненный Обозова, следователь Сергей Белинский, который занимался транспортировкой тела, признал свою вину и также был амнистирован. Через месяц после перевоза тела в Киев правоохранители разрешили осмотреть его Мирославе Гонгадзе. «По форме ступни и по форме пальцев я могу сказать, что очень большая вероятность того, что это Георгий», — говорила позже Мирослава. Она опознала и украшения мужа. В морге на улице Оранжерейной тело Георгия Гонгадзе хранилось 16 лет. За эти годы провели шесть экспертиз его ДНК. Результаты первой из них генпрокурор Михаил Потебенько огласил с трибуны Верховной Рады уже 10 января 2001 года: «Вероятность того что Леся Гонгадзе — мать неизвестного мужчины, фрагментарные останки которого изучены — 99,6%». Леся Гонгадзе умерла в 2013-м. В то, что таращанское тело принадлежит ее сыну она не верила и хоронить его не соглашалась. Фрагмент руки, который Воротынцев отдал Алене Притуле, в марте 2001 года также передали на экспертизу. Секретарь следственной комиссии по «делу Гонгадзе» Сергей Головатый повез его в Мюнхен и передал компании Genedia вместе с образцами крови Леси Гонгадзе. Эксперты компании пришли к выводу, что фрагмент не мог быть частью тела Георгия Гонгадзе. Голову нашли спустя восемь лет.

Перезахоронение

За годы расследования дела Гонгадзе история таращанского тела обросла легендами. Родственники и коллеги Георгия до сих пор до конца не понимают, что именно и почему происходило с трупом после убийства. Поначалу вообще мало кто догадывался, что журналиста убили не в Таращанском лесу, а где-то в другом месте, а потом перепрятали тело. Впервые об этом в письмах к общественности и генеральному прокурору Святославу Пискуну сообщил в 2003 году бывший замначальника управления по борьбе с оргпреступностью столичной милиции Игорь Гончаров. Писал он эти письма из Лукьяновского СИЗО, где находился по обвинению в руководстве бандой бывших милиционеров, похищавших людей и совершивших как минимум 13 убийств. Летом 2003 года Гончарова увезли из тюрьмы в больницу скорой помощи, через несколько дней он умер, его тело поспешно кремировали. Спустя два года трех сотрудников СИЗО приговорили к условному наказанию за избиение арестанта во время обыска в камере. Письма Гончарова обнародовали уже после его смерти. В них бывший милиционер утверждал: за убийством Гонгадзе стоит глава МВД Юрий Кравченко и его подчиненные. А вот перезахоронили тело якобы некие сотрудники СБУ — они знали о преступлении, но боялись вести официальное расследование, тем не менее хотели, чтобы труп нашли. В СБУ никогда не подтверждали эту информацию. В 2005 году Александр Турчинов, руководивший тогда спецслужбой, признал: за Георгием Гонгадзе следили не только милиционеры, но и сотрудники СБУ. Но спецслужба прекратила наблюдение за несколько недель до исчезновения журналиста, поспешил уточнить Турчинов. Письма Гончарова сперва казались настоящим разоблачением, информацию взяла в работу парламентская комиссия, расследовавшая убийство Гонгадзе. Но спустя 20 лет журналист Олег Ельцов, возглавлявший в начале 2000-х издание «Украина криминальная» и хорошо знавший Гончарова, скептично относится к его версии перезахоронения трупа. «Все эти его письма и так далее — это блеф. Ему было непросто, он хотел выбраться из тюрьмы, его там жестоко били и пытали», — утверждает Ельцов. Тем не менее он признает — у Гончарова были хорошие связи. Именно от него журналист еще в 2000 году узнал о том, что за Гонгадзе следили сотрудники милицейской «наружки». В 2005 году, после своего ареста, о перезахоронении рассказали соучастники убийства: милиционеры Александр Попович, Валерий Костенко и Николай Протасов. Они смогли точно указать место смерти Георгия, вспоминали как копали первую яму. Попович, водитель убийцы Алексея Пукача предполагал, что тело перепрятал его шеф. В суде он рассказывал, что через некоторое время после убийства отвозил начальника в какой-то ресторан в Конче-Заспе. Из ресторана Пукач вышел пьяный. В машине он сказал водителю, что был на встрече с некими людьми. После чего бросил фразу: «нужно перезахоронить бойца». Спустя несколько дней в гараже главного управления уголовного розыска МВД Попович проходил мимо служебного внедорожника «Ниссан-Патрол», которым пользовался Пукач. На допросе он вспоминал, что от автомобиля шел стойкий трупный запах. Надолго в гараже «Ниссан» не задержался. 12 декабря Пукач передал его на баланс управления уголовного розыска МВД Тернопольской области. В феврале 2005 года, после ареста Поповича, Протасова и Костенко, следователи нашли внедорожник и вернули его в гараж для следственного эксперимента. Попович автомобиль опознал.

Признание

Алексей Пукач после своего ареста в 2009 году подтвердил догадки подельников. Первым делом от него потребовали показать, где же голова. Ее следователи СБУ вместе с обвиняемым откопали в полутора километрах от тела — в конце лесополосы между селами Довгалевское и Колесниково на 136 км автотрассы Киев-Звенигородка. В вердикте Пукачу цитируется заключение судебно-медицинской экспертизы №40 от 5 августа 2009 года. «По результатам комплекса проведенных идентификационных исследований предоставленный на экспертизу череп принадлежал Гонгадзе Г.Р.», — сказано в документе. На суде Алексей Пукач сознался в том, что перезахоронил тело. Его версия событий стала известна широкой общественности только в 2013-м году после обнародования приговора. Пукач утверждал, что перепрятал тело по приказу Юрия Кравченко через две недели после убийства. На суде бывший милицейский генерал объяснял, что таким образом Кравченко хотел скрыть убийство журналиста — ведь о месте, где захоронен Гонгадзе знали трое подчиненных Пукача, помогавшие ему совершить преступление и скрыть следы. После перезахоронения они не смогли бы указать, где искать тело. В начале октября 2000-го Алексей Пукач оформил на работе отпуск и взял тот самый автомобиль «Ниссан-Патрол», которым пользовался нечасто. В аптеке он купил медицинские перчатки, а в хозтоварах неподалеку от ВДНХ — металлический топор с широким лезвием, лопату и шесть метров клеенки. Затем отправился в Сухолесье, где было захоронено тело Гонгадзе. На месте убийства Пукач откопал труп, завернул его в клеенку и погрузил в машину. От Сухолесья отъехал недалеко — Таращанский лес, в котором нашли тело, находится в 20-ти километрах. Здесь Пукач вытащил тело, отрубил голову, закопал туловище, а голову отвез на полтора километра дальше. После отпуска Алексей Пукач вернулся на работу, а «Ниссан Патрол» поставил в гараж главного управления уголовного розыска МВД. В суде Пукач утверждал: уже после того, как в Тараще обнаружили труп, Юрий Кравченко снова вызвал его к себе в кабинет и задал вопрос, который тревожит многих до сих пор: почему он не снял с тела Гонгадзе украшения. Милиционер заверил министра, что украшений на теле он не видел, а об их существовании узнал из прессы. Подельники Пукача, Костенко и Протасов вспоминали: при похищении они видели на правой руке Гонгадзе браслет и перстень, но почему-то не сняли. За эту ошибку начальник обругал их «охламонами», вспоминал Валерий Костенко в суде. Юрий Кравченко был не способен подтвердить или опровергнуть эти слова. Он погиб в 2005 году — следствие считало, что экс-министр покончил с собой накануне допроса по «делу Гонгадзе». Вдова Кравченко Татьяна заявила, что слова Пукача не соответствуют действительности.

Вопросы

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Спустя 20 лет в истории таращанского тела все еще остаются вопросы без однозначных ответов. Почему тело перезахоронили так неглубоко и небрежно, словно нарочно сделав так, чтобы его нашли? Владимир и Сергей Шушко, которые обнаружили труп предполагали, что руку из земли могли откопать лесные звери, например, лисы. Но Лаврентий Малазония не верит, что это была случайность. Сомневается в этом и Алена Притула. «Я не исключаю, что Пукач перезахоронил таки тело. Но кто-то об этом знал, и о месте, и потом перезахоронили его еще раз с надеждой на то, что его в конце концов обнаружат», — размышляет Алена Притула. — «Это один из вопросов, ответ на которые мы должны еще найти». Сложно представить себе и то, что Алексей Пукач дважды не заметил украшения Георгия Гонгадзе. В том числе, цепочку с кулоном, которая была на шее в момент обезглавливания. До сих пор не понятно, случайно ли тело перезахоронили на территории избирательного округа Александра Мороза — политика, который вскоре обнародовал «пленки Мельниченко» с фрагментами записей разговоров о Георгии Гонгадзе в кабинете президента Леонида Кучмы. Сам Мороз позже вспоминал, что обнаружение тела подстегнуло его к обнародованию пленок, которые к тому времени у него уже были. О них читайте в заключительной части материала.

«Хаос и групповое нападение на правоохранителей». В суде о расстрелах на Майдане однополчанин обвиняемых «беркутовцев» рассказал свою версию событий 18 февраля

Fri, 18 Dec 2020 15:18:42 +0000

На слушаниях о массовых расстрелах на Майдане 20 февраля 2014 года боец «черной роты» Иван Барахтянский вспоминал правила применения оружие против митингующих, но само оружие вспомнить не смог. В Святошинском райсуде Киева продолжают слушать дело об убийстве активистов Евромайдана 20 февраля 2014 года. На скамье подсудимых - двое бывших сотрудников спецроты «Беркута», Сергей Тамтура и Александр Маринченко. До обмена заключенными в декабре прошлого года обвиняемых было пятеро - Сергей Зинченко, Павел Аброськин и Олег Янишевский остались после обмена в «ДНР». Суд разделил дело и продолжил его слушать в отношении только двух экс-беркутовцев. Адвокаты бывших милиционеров доказывают в суде, что их подзащитные невиновны, а наоборот, сами были потерпевшими на Майдане от нападений «вооруженных преступников» - участников протеста. Тамтура и Маринченко заявляли, что хотят «восстановить честное имя спецподразделения», а революцию на Майдане называли «государственным переворотом». После почти годичного перерыва, суд продолжает допрос свидетелей защиты. 10 декабря суд присяжных заслушал бывшего командира третьего взвода четвертой роты киевского полка «Беркут» Виталия Косенького, а 16 декабря допросили еще милиционера - однополчанина обвиняемых Сергея Тамтуры и Александра Маринченко, бойца спецроты киевского «Беркута» Ивана Барахтянского. Барахтянский, которому в 2014 году было 24 года, не участвовал в утренних боях 20 февраля и не был их свидетелем - за два дня до этого он получил ранение во время стычек под Верховной Радой и попал в госпиталь. «Ґрати» подробно пересказывают воспоминания милиционера о событиях того дня.

Бывший сотрудник "Беркута" Александр Маринченко (слева), адвокат Игорь Варфоломеев, адвокат Александр Горошинский, бывший сотрудник "Беркута" Сергей Тамтура (справа) вернулись на подконтрольную территорию после обмена. 8 февраля 2020. Фото: фейсбук адвоката Александра Горошинского

«Знакомый с Саней, с Тамтурой. Работали вместе», - пояснил в начале заседания 30-летний Барахтянский суду свои отношения с обвиняемыми. К февралю 2014 года он уже год служил альпинистом 3-го взвода спецроты киевского «Беркута» в звании сержанта. В этом же взводе служили Павел Аброськин и Сергей Зинченко, Тамтура и Маринченко были в другом. Командира спецроты Дмитрия Садовника также обвиняют в расстрелах 48 участников Евромайдана 20 февраля 2014 года. Его задерживали в 2014 году, но судья Светлана Волкова отпустила Садовника под домашний арест, вскоре он сбежал в Крым, где получил российское гражданство. Этим летом суд разрешил расследовать его преступления заочно. Еще одного обвиняемого, Олега Янишевского, заместителя командира полка «Беркут», Барахтянский по-старинке назвал «замполитом». Когда председательствующий судья Сергей Дячук отметил, что такой должности официально не существует, то экс-беркутовец сбивчиво пояснил: «Были у нас в актовом зале какие-то эти... Он там нам рассказывал, зачитывал». «Наступали, отступали, казалось, как по какой-то команде» Все два часа своего допроса бывший милиционер говорил, с трудом подбирая слова. Судье Дячуку даже пришлось подсказывать ему, как излагать мысли в хронологическом порядке: "Например, я зашел в лес, слева смотрю - маслята. Срезал, поел, присел, позвал друга, съели по пирожку. Пошли вправо - там появились поддубовики". В первую очередь свидетеля попросили восстановить события 18 февраля. Многих подробностей Барахтянский вспомнить не смог, мол, прошло уже семь лет. На Майдане спецроту задействовали еще в декабре 2013 года, но но до 18 февраля она стояла в резерве. В то утро бойцов впервые вывели на передовую в правительственном квартале. С утра к зданию парламента пришли тысячи демонстрантов с Майдана, требуя от депутатов урезать полномочия президента Виктора Януковича. Оппозиция назвала акцию «мирной ходой», но закончилась она первыми расстрелами протестующих. За преступлениях 18 февраля на скамье подсудимых оказались бойцы харьковского и львовского «Беркута». Столичные беркутовцы, как считает следствие, открыли огонь по протестующим 20 февраля. Кровавый разгон Майдана санкционировал президент Виктор Янукович, поручив исполнение главе МВД Виталию Захарченко и руководителю СБУ Александру Якименко. http://graty.page.ua/vojna-i-mirnaya-hoda-s-chego-nachalis-rasstrely-na-majdane-kto-za-eto-otvetil-a-kto-poshel-na-povyshenie/ «У нас была команда не дать пройти до Верховной Рады», - начал свой рассказ о событиях Иван Барахтянский, - Было все тихо. Митингующие выявляли свои пожелания, а потом где-то ближе к обеду начались беспорядки. И наш ротный дал команду выставляться». Командование не инструктировало бойцов о заведомо мирном характере демонстрации. Но Барахтянский знал, что протестующие «требовали евроинтеграции». Правоохранители, вооруженные спецсредствами - щитами, дубинками и газовым баллончиком - выстроились полуосью напротив входа в Верховную Раду, во всю ширину Мариинского парка до улицы Грушевского. Барахтянский стоял где-то в середине шеренги. В ней вместе с «беркутовцами» в строю были бойцы внутренних войск. Дальнейшие события бывший милиционер описывает как "хаос": протестующие, которых, по его оценке, было в два-три раза больше чем правоохранителей, атаковали волнами. «Они побежали, потом назад отошли. Когда набегали - вели себя агрессивно, били, стреляли с разных каких-то непонятных... оружие-не-оружие. Потом какое-то время они отошли. Мы стояли опять. Опять они начали наступать, опять начались беспорядки. Опять те же самые булыжники полетели. Сколько времени - трудно сказать», - сбивчиво вспоминал свидетель. Барахтянский рассказывает: со стороны Мариинского парка в его шеренгу летели камни, брусчатка, фейерверки, дымовые шашки, коктейли Молотова. Люди «кричали разные лозунги» и «нецензурной бранью» требовали от правоохранителей уйти.

Протестующие в правительственном квартале, февраль 2014 года. Фото: Евгений Фельдман

По мнению Барахтянского атаки протестующих были организованными. «Наступали, отступали, казалось, как по какой-то команде... Среди митингующих кричал кто-то: Стой! Назад!», - рассказывал он. Но кто именно отдавал эти команды, "беркутовец" не знает. В боях в Мариинском парке на стороне силовиков дрались участники Антимайдана — «титушки», избивавшие протестующих битами и металлическими прутами. Адвокатка потерпевших Евгения Закревская пыталсь расспросить Барахтянского об их роли. Но он утверждал, что не видел ничего подобного, а сгоревшую неподалеку палатку Антимайдана принял за палатку внутренних войск. В одной из атак Барахтянский получил ранение. «Я почувствовал боль в правом бедре... Отошел, почувствовал теплое что-то. Понял, что кровь. Вышел из шеренги, подошел до автобуса. Кровь идет. Зашел в автобус, водитель дал мне аптечку. Я посмотрел - там дырка. Наверное, на адреналине, что я на ногу наступал адекватно, не хромал. Было больно, но терпимо», - вспоминал Барахтянский. Позже из его ноги вытащили резиновую пулю. "Беркутовец" перемотал ногу бинтом и снова встал в строй. Стычки затихли на час или даже больше. Протестующие с кем-то договаривались, предположил Барахтянский в суде. Но уже в следующей атаке он получил второе ранение - в левое колено прилетела брусчатка. «Я упал, меня подняли пацаны, не знаю даже кто. Один ВВ-шник и кто-то еще из моих пацанов. Подняли и оттянули до автобуса. Я там сел, уже не встать», - рассказывал свидетель. Около 17 или 18 часов вместе со всей ротой он выдвинулся на базу. Оттуда Барахтянского повезли в госпиталь МВД на Лукьяновке. Там он пролежал две недели, а после еще две или три недели находился дома на больничном. Вернувшись на на службу, милиционер узнал, что «Беркута» больше нет. Выдавали ли оружие? Следствие считает, что вечером 18 февраля командир столичного «Беркута» Сергей Кусюк устно приказал вооружить спецроту Дмитрия Садовника. Бойцы с оружием выехали в центр Киева - стрелять они начали сутки спустя, утром 20-го . Об этих обстоятельствах Ивана Барахтянского подробно расспрашивали прокуратура, адвокаты обвиняемых и представители потерпевших. Бывший милиционер не смог вспомнить, видел ли он Кусюка под Верховной Радой или вечером на базе. Приказов вооружать спецроту он не слышал, оружия в руках своих бойцов или в автобусах не видел. Впрочем, один дробовик "Форт-500" Барахтянский все же заметил. Он рассказал, что из ружья в Мариинском парке стрелял правоохранитель, но не узнал из какого именно подразделения тот был.

«Мирная хода» и последовавшие столкновения в Киеве 18 февраля 2014 года. Фото: Радіо Свобода (RFE/RL)

В 2014 году из арсенала столичного «Беркута» пропало 24 автомата Калашникова, снайперская винтовка Драгунова и три помповых ружья. Следствие предполагает, что именно из него расстреливали протестующих 20 февраля. Спустя год на Жуковом острове нашли фрагменты 23 "калашниковых", винтовки и гладкоствольного ружья - идентификационные номера на них спилили и зачистили, тем не менее следствие установило, что найденные детали - часть пропавшего вооружения "беркутовцев". Сторона обвинения расспрашивала Барахтянского, знал ли он что-то о пропаже оружия, и что произошло автоматом, закрепленным за ним. Но свидетель не смог вспомнить, какое именно оружие получил после возвращения с больничного: свое старое или какое-то новое. При этом саму процедуру обращения с оружием оне описал как строгую - его выдавал только дежурный в обмен на контрольную карточку с серийным номером автомата. Если бы оружие пропало, его бы обязательно спросили об этом в полку, утверждал милиционер. В суде представители обвинения показали Барахтянскому несколько скриншотов с видеосюжетов, снятых 20 февраля «BBC», «Радио Свобода» и «ТРК Україна». На них люди в черной форме с желтыми повязками и автоматами «Калашникова» стреляют в протестующих - по версии следствия, среди них были и подсудимые. Но свидетель никого не узнал доподлинно. Барахтянский подтвердил, что у одного из людей на скриншоте перчатка, похожая на перчатку Садовника - у того четко виден протез правой кисти. Прокуроры спросили "беркутовца", знал ли он, что, служивший с ним в одном взводе Сергей Зинченко был левшой - на одном из видео спецназовец в черном стоит в левосторонней стойке. Барахтянский не мог припомнить и этого, но рассказал, что на полигоне их учили стрелять с обеих стоек.

Спецназовцы с автоматами Калашникова и снайперской винтовкой ведут огонь по протестующим. Киев, 20 февраля 2014. Скриншот с видео Радіо Свобода

Он пояснил, что спецрота была не единственным подразделением, носившим в те дни черную форму. Похожая, например, была у спецназа внутренних войск из "Омеги", однако они отличались нашивками. Нашивки «Беркута» свидетель опознал на скриншотах с видео 20 февраля, как впрочем и особенности автоматов: черные магазины и складывающиеся вверх приклады. «Обстановка для применения оружия» Барахтянский в суде утверждал, что ничего не слышал о подготовке Антитеррористической операции - ее СБУ объявила в ночь на 19 февраля. «Выезжали на массовые мероприятия», - рассказывал он о заданиях, поставленных перед подразделением 18 февраля. В то утро в автобусе по дороге к центру Киева командиры спецроты экзаменовали бойцов по нормам, регламентирующим применение оружия - в качестве тренировки. Эти нормы милиционеры изучали еще в учебке и постоянно повторяли. «Беркутовцы» также регулярно тренировались с автоматами Калашникова на полигоне. Председательсвующий судья Дячук спросил у Барахтянского: считал ли тот, что обстановка на Майдане 18 февраля давала право милиционерам стрелять в протестующих, согласно закону? «Знаете, тогда такие времена были... Если брать законы, то сотрудник милиции имеет право без предупреждения применять оружие при групповом нападении лиц», - сообщил он. На вопрос адвоката обвиняемых Стефана Решки, были ли у Барахтянского основания считать, что 18 февраля происходило групповое нападение на правоохранителей, тот ответил: да, конечно. «Если в законном поле, то сотрудник милиции должен был уже давным давно применить оружие для защиты себя, окружающих. Тем не менее...» - запнулся он. На вопрос прокурора Яниса Симонова, готов ли был Барахтянский сам стрелять в протестующих, тот снова однозначно ответил: конечно, нет. - Если бы ваш руководитель роты, взвода, полка дал такое указание применять оружие, вы бы его применили в такой обстановке, именно в противостоянии? - уточнял Симонов - Не знаю, - ответил Иван Барахтянский. Допрос свидетеля длился почти два часа. Суд объявил перерыв до 23 декабря. На следующем заседании продолжат слушать новых свидетелей защиты.

Прослушка, переписка и свидетели из СБУ: генерал-майору Валерию Шайтанову огласили обвинительный акт

Wed, 16 Dec 2020 20:04:25 +0000

11 декабря Голосеевский районный суд Киева перешел к рассмотрению по существу дела бывшего заместителя командира Центра специальных операций, генерал-майора Службы безопасности Украины Валерия Шайтанова. Прокурор Иван Кисилевич зачитал обвинительный акт, согласно которому бывшего сотрудника спецслужбы обвиняют в государственной измене (часть 1 статьи 111 Уголовного кодекса), незаконном хранении оружия (часть 1 статьи 263 УК) и пособничестве в подготовке теракта, а именно - убийства чеченского добровольца Адама Осмаева (часть 2 статьи 15, часть 5 статьи 27, часть 3 статьи 258 УК). Шайтанов находится под стражей с апреля 2020 года. «Ґрати» следили за делом все это время и рассказывают, на чем базируются обвинения СБУ, и почему адвокаты Шайтанова настаивают на закрытии дела. Доказательство госизмены - электронная переписка и прослушка По версии следствия, «не позже августа» 2019 года Валерия Шайтанова завербовал полковник ФСБ Игорь Егоров, который, по данным украинской спецслужбы, является сотрудником Департамента контрразведывательных операций Первой Службы ФСБ. Это подразделение, специализирующееся на планировании, организации и проведении разведывательных и диверсионно-террористических акций на территории других государств. Британское издание Bellingcat пишет, что Егоров — это, вероятно, человек с позывным «Эльбрус», который фигурирует в деле о гибели экипажа и пассажиров самолета рейса MH17, сбитого в небе над Донбассом в 2014 году. Он получил награду за аннексию Крыма. http://graty.page.ua/ne-agent-fsb-v-chem-podozrevayut-general-majora-valeriya-shajtanova/ Генерал-майор украинской спецслужбы Шайтанов, утверждает следствие, собирал информацию о деятельности СБУ и передал ее полковнику российской ФСБ Егорову «при личной встрече». В обвинительном акте говорится, что факт их общения доказывают прикрепленные в электронных письмах текстовые файлы. Прокуратура пока не раскрывает содержимое этих писем, поскольку их не исследовали в суде, и ссылается на гостайну. В то же время адвокат обвиняемого Георгий Тигишвили, утверждает, что файлы - «это черновик, сохраненный на почте якобы Егорова». Он также говорит, что то, что электронная почта принадлежит именно полковнику ФСБ, следствие подтверждает сведениями одного из сотрудников СБУ. Есть также записи разговоров, которые опубликовала СБУ после задержания Шайтанова. На аудио Егоров общается с сотрудником СБУ, которого обозначили как «Иван Новиков». Разговоры между ними происходят во Франции и Германии. А после «Иван Новиков» передает информацию Шайтанову в Киеве. Адвокат Шайтанова утверждает, что судебное решение для прослушки, а также слежки СБУ получила в сентябре 2019-го. Запись, вероятно, вел сам «Новиков». Тигишвили отмечает, что следователь СБУ, подавая ходатайство о слежке, сообщил суду, что Шайтанов не является сотрудником спецслужбы, таким образом, фактически подделал документы, чтобы получить разрешение на проведение негласных следственных розыскных действий. Прокурор Иван Кисилевич, комментируя «Ґратам» заявление адвоката, снова сказал, что этот факт будут исследовать в суде. В открытом судебном реестре это решение не опубликовано, как и другие по делу Шайтанова. Главный свидетель обвинения - сотрудник СБУ Агент СБУ «Иван Новиков» - это Иван Лукашевич. Именно по его заявлению Служба безопасности Украины открыла уголовное производство в отношении Валерия Шайтанова в сентябре 2019 года. Причем спецслужба начала вести дело по факту «возможного разглашения гостайны» со стороны своих некоторых сотрудников еще в июле того же года. Эти два дела потом объединили. Что конкретно Лукашевич написал в своем заявлении, сторона обвинения пока не уточняет, но он стал главным свидетелем по делу. Следствие утверждает, что Лукашевичу Шайтанов отвел роль исполнителя терактов, которые планировал Егоров - убийства украинских военных, гражданских активистов и других преступлений по заказу спецслужб Российской Федерации. Сам генерал-майор был координатором преступлений. Шайтанов также передал Лукашевичу «роутер», чтобы все трое держали связь. В ноябре 2019-го Шайтанов, согласно обвинительному акту, «завуалированно» сообщил Лукашевичу о задании от Егорова - убить Адама Осмаева «с целью запугивания населения и международного усложнения». В марте-апреле 2020 года по телефону и при встречах якобы давал рекомендации Лукашевичу, как реализовать преступление и скрыть улики.

Адам Осмаев. Фото: Михаил Штекель, "Радіо Свобода"

На аудиозаписях отрывков разговоров, опубликованных СБУ, якобы Егорова и Лукашевича не звучит фамилия Адама Осмаева, однако спецслужба утверждает, что целью был именно он. Для конспирации Егоров использовал клички. Также он не употреблял слово «убить» - вместо него говорил: «отправить его в страну вечной охоты». Во время одной из встреч они договорились о цене - 200 тысяч долларов США исполнителю, то есть Лукашевичу, гражданство РФ и удостоверение офицера запаса с пенсией. Кроме этого, во время одного из разговоров Лукашевич говорит Егорову, что якобы пообещал Шайтанову поделиться с ним деньгами - но фамилия Шайтанова не звучит, а собеседники говорят о каком-то «деде». При задержании у Шайтанова нашли телефон. На нем - фото убийства Осмаева, однако не настоящего, а инсценированного. 14 апреля Лукашевич, по версии обвинения, отправил Шайтанову смс о том, что Осмаев ликвидирован. В тот же день при встрече отдал ему телефон с фото. А после их встречи генерал-майора задержали. У защиты есть своя версия того, как телефон попал к Шайтанову, но ее огласят во время судебного разбирательства.

Задержание Валерия Шайтанова 14 апреля 2020 Фото: СБУ

Шайтанову также вменяют незаконное хранение оружия - во время обыска его квартиры в день его задержания нашли 50 пистолетных патронов. По данным следствия, они - боевые. Он купил и хранил их по месту своего жительства без специального разрешения, чем нарушил соответствующие приказы Министерства внутренних дел. Кто должен расследовать дело? Защитники Шайтанова настаивают на закрытии дела, поскольку, по их мнению, расследовал его не соответствующий орган. Они подали ходатайство коллегии судей Голосеевского райсуда Киева на подготовительном заседании 11 декабря, перед тем как суд перешел к стадии по существу. «Поскольку Шайтанов был сотрудником СБУ, то СБУ не могла расследовать против него дело. Фактически нарушен пункт 1 части 4 статьи 216 Уголовного процессуального кодекса (подследственность - Ґ). Расследование в уголовном производстве должно осуществлять Государственное бюро расследований», - пояснил «Ґратам» Тигишвили.

Обвиняемый в госизмене генерал-майор Валериий Шайтанов (слева) в Шевченковском райсуде Киева. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Прокурор Иван Кисилевич не согласился со стороной защиты. Он заявил, что с начала сентября 2019 года Шайтанов был переведен в распоряжение начальника Центра специальных расследований «А» СБУ на должность первого заместителя начальника центра. По его словам, Шайтанов перестал исполнять функцию работника правоохранительного органа, согласно его должностной инструкции, которую прокурор предоставит суду во время судебного рассмотрения. Еще одним аргументом прокурора было то, что преступления, инкриминированные Шайтанову, относятся к подследственности СБУ. Заслушав стороны, коллегия судей отказала адвокатам Шайтанова, ссылаясь на то, что озвученные ими факты будут предметом исследования во время судебного рассмотрения, а после этого они смогут принять решение в совещательной комнате. Суд остановился на определении порядка исследования доказательств и назначил следующее заседание на 18 января 2021 года.

«Таких мест в городе не осталось». Как суд отдал застройщику территорию возле сквера Чкалова в историческом центре Киева

Fri, 11 Dec 2020 16:49:20 +0000

В самом сердце столицы разгорелась борьба между местными жителями и компанией «Оболонь», которая хочет построить высотку возле сквера им. Валерия Чкалова. Многие киевляне считают, что новострой испортит вид района и уничтожит часть сквера. Летом под давлением жителей земельная комиссия Киевсовета разорвала договор с «Оболонью», но застройщик обжаловал решение. 9 декабря Хозяйственный суд Киева удовлетворил иск компании и оставил ей земельный участок. «Ґрати» рассказывают, почему судья принял такое решение, и как Киевсовет подыграл застройщику. «Будем стоять до последнего»

«Наш сквер – это символическое место. Мне кажется, что таких мест в городе вообще не осталось. Просто не осталось уютных человеческих мест, которые спроектированы и поддерживаются в таком состоянии. Чтобы там было не очень шумно, чтобы там было достаточно зелени, чтобы вокруг не жило очень много людей», - рассказывает «Ґратам» 39-летний программист Александр Маринич.

Три года назад он переехал в микрорайон, известный, как местность «Афанасьевский яр». Его привлекло, что хоть это и самый центр города, здесь тихо и спокойно. Но этим летом Александр узнал, что скоро все может поменяться: мэрия отдала под застройку территорию возле главной зеленой зоны микрорайона — сквера имени Чкалова. С тех пор киевлянин вместе с соседями устраивает акции протеста и создал общественную организацию для борьбы со строительством.

Участник кампании против застройки Александр Маринич. Фото: Алексей Арунян, Ґрати

Сквер, за который они борются, расположен на пересечении улиц Гончара и Коцюбинского. Тут есть детская и спортивная площадка, памятник советскому летчику Валерию Чкалову и фонтан архитектора Александра Шиле, отлитый еще в 1900 году. Вокруг сквера - сплошные памятники истории и архитектуры. Рядом стоят дом писателей Ролит, здания Госслужбы по чрезвычайным ситуациям и Института геологии, построенные в начале прошлого века. Новое 12-этажное здание может появиться как раз рядом с институтом. Согласно проекту, строительство будет вестись на трех земельных участках. Первые два принадлежат Киевсовету. Еще в 2005-м году депутаты отдали их под строительство многоэтажки компании "Молодежный жилой комплекс «Оболонь»". По условиям договора, застройщик должен был передать мэрии десятую часть квартир. Но «Оболонь» так и не начала стройку и передала участки в субаренду другой компании - «Дилайвест». По данным издания «Наші гроші», эта фирма связана с предпринимательницей Владой Молчановой. Она является бизнес-партнершей депутата Киевсовета Дениса Москаля и была доверенным лицом кандидата в президенты Юлии Тимошенко на последних выборах. В 2015 году «Дилайвест» получил еще кусок земли, прилегающий к участкам «Оболони». Его отдал компании под строительство Институт геологии, стороны подписали инвестиционный договор. В феврале 2017 года застройщик перешел от слов к делу: вырыл рядом со зданием института котлован и окружил свои участки деревянным забором, попутно захватив часть сквера Чкалова. Местных жителей это возмутило, они тут же собрались и снесли ограждение. «Предупреждаем: мы будем стоять до последнего. Благо, пользоваться брусчаткой в противостояниях с ордой уже научились. И не только брусчаткой», - писала в фейсбуке журналистка Галина Плачинда, живущая в доме напротив сквера.

Забор, который снесли местные жители, 15 февраля 2017 года. Фото: фейсбук Галины Плачинды

Местные жители выступают против строительства, потому что, по их мнению, новая многоэтажка увеличит нагрузку на инфраструктуру, а также испортит облик микрорайона и сквера. Застройщик в ответ называет протестующих «псевдоактивистами, которые поднимают шум для получения политических баллов». Директор «Дилайвест» Роман Ткаченко утврежает, что 12-этажное здание не испортит облик сквера, поскольку это нормальная этажность для это района. Не согласен он и с тем, что новострой повредит инфраструктуре. «Жители получат обновление устаревших сетей, на ремонт которых годами не находились средства», - заявил он в интервью газете "Факты". Вскоре после сноса забора застройщик поставил новое ограждение - уже металлическое, но не стал трогать территорию сквера. Забор стоит до сих пор, но строительные работы пока не начались. А 15 мая 2020 года срок договора между Киевсоветом и застройщиком истек. И за полгода до местных выборов перед депутатами встал вопрос: продлевать контракт или разрывать. Кличко на двух стульях 5 июня в Киевсовете собралась депутатская земельная комиссия. Одним из вопросов было продление договора аренды с МЖК «Оболонь» - застройщиком сквера Чкалова. Как сообщает общественная орагнизация«ЧЕСНО», в начале заседания депутат от ВО «Свобода» Владимир Назаренко добился снятия вопроса с повестки дня. Но спустя несколько часов он вышел из зала, и тогда глава земкома Александр Мищенко (фракция партии «Солидарность») повторно поставил вопрос на голосование. Со второй попытки комиссия продлила договор с «Оболонью». После того как эта история получила огласку в в СМИ и соцсетях, руководитель комиссии сказал: депутаты приняли решение, не разобравшись. На 10 июня он созвал выездное рабочее совещание прямо в сквере.

Зрители на концерте против застройки возле сквера Чкалова.в Киеве, 24 октября 2020 года. Фото: Алексей Арунян, Ґрати

Там депутатов и чиновников встретили разъяренные местные жители, недовольные тем, что комиссия продлила договор. Мищенко оправдывался: говорил, что поставил вопрос на голосование по ошибке, поскольку в проекте решения был указан не тот адрес, и он не понял, что речь идет о сквере имени Чкалова. «Мы работаем много часов подряд, очень устаем и можем ошибиться... Сейчас в комиссии на рассмотрении 25 тысяч дел», - жаловался горожанам депутат. Через неделю после встречи он созвал внеочередное собрание комиссии, которая приняла новое решение - разорвать договор с «Оболонью». Но участники протестов против застройки не спешили радоваться. Комиссия приняла решение 16 июня - через 31 день после того, как истек срок договора. А, согласно закону «Об аренде земли», по окончанию срока у арендатора есть только 30 дней, чтобы разорвать контракт. Если такое решение не принято, то договор считается автоматически продленным. Экс-депутат Киевсовета от партии «Свобода» Святослав Крутяк, участвовавший в заседании комиссии, убежден, что Мищенко специально дотянул до этого момента. «Они подыграли застройщику… 16 июня, когда это решение ни на что не влияет, они показательно отменяют свое же решение. Они замылили глаза громаде, это громоотвод во время выборов», - возмущается депутат в разговоре с «Ґратами». Он высказал эти претензии главе комиссии Мищенко в том числе прямо на заседании, но в ответ тот сам обвинил депутата в «пиаре».

Концерт группы Pushkin Klezmer Band против застройки сквера Чкалова в Киеве, 24 октября 2020 года. Фото: Алексей Арунян, Ґрати

Еще через месяц - 27 июля решение о разрыве договора в одностороннем порядке было вынесено на сессию Киевсовета. Его проект подала депутатка Ольга Балицкая (избиралась от партии «Самопомощь»), которая выступала против застройки сквера Чкалова с 2017 года. Перед голосованием к депутатам обратился мэр Виталий Кличко и предложил странный компромисс. Он сказал, что решение о расторжении нужно принять, но не в целом, а только в первом чтении. Одновременно Кличко предложил все-таки разрешить инвестору построить дом при условии, если он отремонтирует сквер за свой счет, и стройка не затронет зеленую зону. «Если мы принимаем отказать в первом чтении, [до второго чтения надо] доработать [решение и внести] обязательства инвестора. А громада и депутаты должны четко контролировать эти обязательства», - сказал Кличко. Депутаты его поддержали и приняли решение о расторжении контракта в первом чтении. На своем сайте Киевсовет объявил, что «планирует разорвать договор аренды с застройщиком Чкаловского сквера». В пресс-релизе не было слов Кличко о том, что участок все-таки нужно оставить инвестору. То есть все выглядело так, будто городская власть против строительства, хотя на самом деле - за. Решение было принято за три месяца до выборов, которые состоялись 25 октября. До окончания своих полномочий депутаты больше не возвращались к вопросу сквера и так и не приняли решение в целом. «Его больше не включали в повестку дня в сессию, - рассказывает «Ґратам» авторка решения Ольга Балицкая. – Заседания были, мы писали депутатские обращения для того, чтобы его включили. Но не включали, ответы на наши запросы не давали». А тем временем застройщик подал иск с требованием признать договор аренды автоматически продленным еще на 3 года. «Это был договорняк» Иск компании «Оболонь» рассматривал Хозяйственный суд Киева. Он расположен рядом со сквером Чкалова, и почти перед каждым заседанием местные жители собирались здесь на акции протеста. На сам суд никого кроме сторон не пускали из-за карантина. 29 октября иск начал рассматривать по существу судья Игорь Курдельчук. На заседании юрист «Оболони» Александр Иванов ссылался на статью 33 Закона «Об аренде земли», по которой Киевсовет мог разорвать договор только в течении месяца после окончания его срока. По словам истца, застройщик получил письмо о расторжении контракта 26 июня - через полтора месяца после истечения срока. В связи с этим Иванов попросил суд признать договор автоматически продленным еще на 3 года.

«Видите, [земельная] комиссия с недели на неделю принимает разные решения… На сегодняшний день именно Киевский городской совет, как арендодатель не принял никакого решения. Поэтому просим удовлетворить наши исковые требования», - сказал истец.

Протест под Хозсудом Киева против застройки столичного сквера Чкалова. 29 октября 2020 Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Киевсовет на суде представлял юрист Константин Перепелицын. Он просил суд отклонить иск. Свою позицию Перепелицын обосновывал тем, что, по Закону «Об аренде земли», договор может быть продлен автоматически, только если арендатор выполнял все обязательства. По мнению юриста, «Оболонь» этого не делала. В частности, по договору «Оболонь» должна была построить жилой комплекс, передать Киевсовету 10 процентов квартир для служебного пользования и оборудовать паркинг, чего так и не произошло. «К большому сожалению, на протяжении продолжительного времени истец не осуществлял застройку земельного участка, и фактически Киевсовет был лишен возможности получить 10 процентов построенного жилья. Кроме того, не решены вопросы инфраструктуры», — сказал Перепелицын. В ответ судья спросил, предъявлял ли Киевсовет к застройщику такие претензии до суда, и есть ли документы, которые это подтверждают. Перепелицын их не предоставил. Он сказал, что за соблюдением договора должен был следить департамент земельных ресурсов мэрии, но из-за карантина он не проводил проверки. «Понятно, карантин - удобная штука», - съязвил судья Игорь Курдельчук в ответ. 9 декабря он вынес решение - иск «Оболони» удовлетворить полностью и признать договор продленным на 3 года. Судья зачитал только резолютивную часть решения, поэтому, чем оно обосновано, пока неизвестно.

За три месяца до этого депутат Киевсовета Святослав Крутяк на заседании земельной комиссии предупреждал коллег, что застройщик добьется продления договора через суд именно таким образом . По его мнению, принятое судебное решение - это следствие того, что комиссия специально разорвала договор на день позже, чем положено по закону. «По моему глубокому убеждению, это был договорняк между Кличко и застройщиком. Это очевидно, потому что это не впервые, когда земельная комиссия что-то голосует специально, чтобы в судах эти решения распадались», - считает депутат. Глава комиссии Александр Мищенко отвергает эти обвинения и настаивает, что его комиссия сделала для разрыва договора, все что могла. «Проект решения [о разрыве договора] выносился на сессию, сессия не проголосовала. При чем тут комиссия? Я понимаю, кому-то нужен пиар, один день туда, один день сюда. Комиссия все сделала правильно. Никто ни с кем не договаривался. Как только был подготовлен проект решения, комиссия его сразу поддержала», - сказал Мищенко «Ґратам». Решение суда еще не вступило в силу. У Киевсовета есть 20 дней на подачу апелляции после публикации полного текста. Юрист Константин Перепелицын сказал «Ґратам», что решит обжаловать ли решение, когда прочтет его целиком.

«Еще удивился — мы все отступаем, а они туда шли». В суде о расстрелах на Институтской выступил экс-командир взвода киевского «Беркута»

Thu, 10 Dec 2020 18:12:01 +0000

Коллегия присяжных Святошинского райсуда Киева 9 декабря заслушала показания бывшего командира третьего взвода четвертой роты киевского полка «Беркут» Виталия Косенького - свидетеля защиты в деле о расстрелах протестующих на Майдане 20 февраля 2014 года. В убийстве 48 человек и ранении 80-и обвиняют его коллег, бойцов столичной спецроты «Беркута», так называемой «Черной роты»: Олега Янишевского, Сергея Зинченко, Павла Аброськина, Александра Маринченко и Сергея Тамтуру. Но на скамье подсудимых сейчас только двое последних - после прошлогоднего обмена заключенными с самопровозглашёнными республиками они вернулись в Киев из Луганска. Янишевского, Зинченко и Аброськина суд объявил в международный розыск, так как они не являются на заседания. А 25 ноября суд постановил выделить материалы в их отношении в судебное производство и приостановил его рассмотрение. Свидетеля Виталия Косенького вызвали адвокаты обвиняемых, чтобы расспросить о действиях митингующих и правоохранителей на Майдане 18-20 февраля 2014 года. Хотя его не допрашивали во время досудебного расследования убийств на Институтсткой, как пояснил на заседании прокурор Янис Симонов, потому что милиционер не был непосредственным очевидцем расстрелов 20 февраля. Но фамилия Косенького фигурирует в служебном расследовании МВД о событиях Евромайдана. В суде экс-"беркутовец" рассказал, что его взвод "охранял порядок" во время мирной ходы протестующих к Верховной Раде. В столкновениях на перекрестке улиц Институтской и Шелковичной его ранило камнем в ногу, поэтому не участвовал в дальнейших противостояниях, но наблюдал за происходящим с площадки возле Октябрьского дворца. Когда "Беркут" покидал Институтскую 20 февраля, Косенький "мельком" видел людей в черной форме и желтыми повязками, но не идентифицировал их. Косенький до сих пор продолжает работу в правоохранительных органах. Согласно декларации за 2019 год, он командир третьего взвода четвертой роты полка полиции особого назначения №1 Главного управления Нацполиции Киева.

Протестующие на Майдане Незалежности, февраль 2014 года. Фото: Евгений Фельдман

В суде Косенький подтвердил: 18-20 февраля 2014 года он действительно находился в центре Киева, но не видел там обвиняемых. Он "наглядно" знаком с Маринченко, но после событий на Майдане с ним не встречался. Под командованием Олега Янишевского весной 2014 года Виталий Косенький служил в АТО под Славянском . Свидетель сообщил суду, что выполнял задания на Майдане, начиная с ноября 2013 года. Взвод Косенького вытеснял протестующих с Хрещатика, чтобы коммунальщики могли установить новогоднюю елку; 1 декабря 2013 года, во время штурма здания Администрации Президента, Косенький и его бойцы «стояли в резерве внутри Кабинета Министров». В резерве он был и во время столкновений возле стадиона Динамо 19 января 2014 года. "А загорались мы часто" 18 февраля Косенький нес службу «по охране общественного порядка». Его подразделение сперва стояло в Мариинском парке, но около часа дня получило команду по рации: со стороны Институтской поднимается колонна людей и «идет штурмовать Верховную Раду». Тогда взвод вышел к перекрестку улиц Институтской и Шелковичной. «Беркутовцам» поставили задачу не пропустить митингующих к парламенту, чтобы «они не сделали никаких противоправных действий». Косенький уточнил, что им заранее не сообщали о мирном характере демонстрации. «На перекрестке уже стояли два КАМАЗа, перекрытый проход к Раде, и перед ними стояли солдаты, ВВшники. Подошла толпа, начали толкаться, начали оттуда выбрасывать солдат. Загорелся КАМАЗ - кинули бутылку зажигательную. Солдат оттуда всех вывели, и на их место выставили уже полки беркутов», - описывал Косенький ход событий 18 февраля. http://graty.page.ua/vojna-i-mirnaya-hoda-s-chego-nachalis-rasstrely-na-majdane-kto-za-eto-otvetil-a-kto-poshel-na-povyshenie/ Весь перекресток был заполнен людьми - свидетель насчитал тысячу-полторы человек - демонстрантов прибывало. «Беркутовцев», по его словам, подошло около 60, в стандартной экипировке для массовых мероприятий они были защищены только легкой броней, алюминиевыми щитами и касками, а из спецсредств имели только газовые балончики и резиновые палки. Протестующие, рассказывал Косенький, то пытались прорваться, то отступали. В милиционеров летела брусчатка и черенки от лопат, куски арматуры, в них стреляли из рогаток гайками и шариками из подшипников, которые могли пробить пластиковое забрало на шлеме. На некоторых митингующих были элементы защиты, отобранные у «беркутовцев» - щитки на руках и бронежилеты, на других - строительные каски и зеленые армейские шлемы. Летального оружия в руках у манифестантов Косенький не видел. «Мы стояли в первом порядке, накрывались щитами. И в один момент из лавины, из атаки, прилетела брусчатка и перебила мне ногу. И потихоньку-потихоньку я за строй вышел назад и пошел в безопасное место», - вспоминал свидетель. Отойдя в безопасное место, Косенький попытался найти карету скорой помощи. Медицинская бригада, оказавшаяся поблизости, сказала ему, что не возит правоохранителей. После этого он не пытался вызвать скорую и получил помощь только на базе полка - днем 20 февраля. Согласно судмедэкспертизе, он получил «ушиб тканей левой голени и сотрясение мозга». «Лично я 18 числа поменял два комплекта защиты, - рассказывал Косенький в суде, - Нам постоянно старшина подвозил новый, потому что защита не выдерживала ударов, ломалась, сыпалась. И когда загораешься, то липучки перестают прилипать, и защита с тебя отпадает. А мы загорались часто».

«Мирная хода» и последовавшие столкновения в Киеве 18 февраля 2014 года. Фото: Радіо Свобода (RFE/RL)

Около четырех часов дня 18 февраля его подразделение спустилось по Институтской - до площадки возле Октябрьского дворца. Там киевский полк «Беркута» вместе с подразделениями из других городов - каких, Косенький не мог определить - находились до 20 февраля, пока им не приказали вернуться на базу. «Начали выносить пацанов раненых много» Первый день «Беркут» держал позиции; было холодно и милиционеры менялись каждый час. Из-за ранения Косенький в ротациях не участвовал, а наблюдал за происходящим на Майдане со смотровой площадки возле Октябрьского дворца. Он утверждает, что приказы в те дни отдавал только командир киевского «Беркута» Сергей Кусюк и никто другой - а от Кусюка команды применять силу или спецредства против протестующих не было. Впрочем общий радиоэфир свидетель в те дни не слушал - только волну своего собственного подразделения. Милиционеров с помповыми ружьями и автоматами Калашникова Косенький в центре Киева не видел. По его словам за все три дня кровавого противостояния он вообще не встречал ничего такого, что указывало бы на подготовку штурма Майдана. «На удивление, было затишье. Обычные ротации. Друг друга меняли-меняли-меняли. Такого, чтобы наращивали силы, резервы - не ощущалось», - вспоминал он в суде. Утром 20 февраля бойцы столичного «Беркута» продолжали нести дежурство возле Октябрьского дворца, а внизу, на Институтской стояли милиционеры из области и других регионов. «Рано утром я вышел с коллегами перекурить... Начали собираться журналисты. Стояли с камерами, микрофонами. Шустренько начали уходить. - рассказывает свидетель о событиях 20 февраля, - Потом начали скорые снизу отъезжать от периметра нашего и водомет. Когда водомет сдавал назад, толкал скорую. То ли перестановка, переезд. И начали пацанов выносить реально - не сами шли, несли двух человек на щитах. Выносили. Услышали, что началась стрельба, дали команду всем отступать назад. Начали выносить пацанов раненых много».

«Мирная хода» и последовавшие столкновения в Киеве 18 февраля 2014 года. Фото: Радіо Свобода (RFE/RL)

После начала стрельбы сослуживцы Косенького, по его словам, решили сменить место дислокации и двинулись вверх по Институтской на автобусах. По дороге, возле «двухэтажного здания голубого цвета» - здание клуба Кабинета министров на Институтской – Косенький из автобуса «мельком» видел как 15-20 человек в черной форме с желтыми повязками, организованным порядком по двое шли в сторону Октябрьского дворца. «Еще удивился - мы все отступаем, а они туда шли. Почему?», - вспоминал Косенький, подтверждая, что именно спецрота ранее носила черную форму. Впрочем, желтых повязок на ней он никогда раньше не видел. Оружия в руках людей в черном он не заметил, лиц не опознал из-за балаклав. Косенький и его подразделение вернулось на базу около полудня 20 февраля. Какое-то время, прежде чем покинуть центр Киева - около получаса - автобусы «Беркута» стояли в правительственном квартале. Командир подразделения Юрий Шевченко и командир полка Сергей Кусюк в те минуты находились рядом с бойцами. На базу вместе с киевским «Беркутом» прибыл полк из Днепропетровска и еще один полк из другой области - какой, Косенький не вспомнил. «Областники» разъехались - один полк поехал в аэропорт Жуляны, а другой на своих же автобуса к выезду из Киева. «Построились, пересчитались. Командир подразделения попытался нам объяснить ситуацию, что случилось, почему так получилось, - рассказывал свидетель. - Сказал, что там начали стрелять из боевого оружия. Есть потери - много раненых, про убитых никто тогда еще не говорил. И мы получаем оружие. Если будет команда, поедем работать дальше. А пока получили оружие и сидим на базе. Вооружились». Сам Косенький оружие не получил – из-за ранения. Он не в курсе, когда однополчане сдавали его обратно в оружейную. Об исчезновении автоматов и ружей, которые числились за "Беркутом", он знает только по слухам. 20 февраля на базе в Новых Петровцах Косенький в последний раз видел своего командира Кусюка - тот проводил инструктажи, собрания с другими командирами. «Мы надеялись, что не найдутся отчаянные, кто захочет нашу базу штурмовать», - сказал свидетель. *** После допроса свидетеля суд объявил перерыв до 16 декабря. На следующих слушаниях адвокаты "беркутовцев" должны продолжить допрос свидетелей защиты.